Из истории академической этнографии в Казахстане

В истории гуманитарной науки Казахстана особое, самобытное место принадлежит этнографии. Науке, без которой невозможно осуществление серьезных общеисторических исследований, разработка фундаментальных закономерностей исторического, социального характера, касающихся генезиса культуры и этноса, их прошлого, настоящего, в определенной степени и будущего. Необходимо сразу же оговориться, что развитие отечественной этнолого-этнографической науки за последние десятилетия, прежде всего, связано со становлением и плодотворной деятельностью академического её подразделения. А именно, отдела этнографии/этнологии ИИЭ им. Ч.Ч.Валиханова, из которого вышел большой отряд профессиональных этнографов нашей страны, в том числе более 50 кандидатов и докторов наук. При этом важное научно-теоретическое и научно-организационное значение этой небольшой структуры – в которой работала целая плеяда крупных исследователей-первопроходцев и достижения которой были востребованы представителями многих смежных научных дисциплин – конечно, не было адекватным формальному статусу отдела, курирующего этнографическую работу в республике

Если обратиться к истории науки, то необходимо сразу отметить, что организационное оформление, становление академической этнографии в Казахстане во 2-ой половине 1940-х-50-х гг. было вполне закономерным. Образование самостоятельного отдела этнографии при организации после войны Института истории, археологии и этнографии было продиктовано не только политикой государства в области науки, но и значительным заделом, научными традициями в исследовании культуры и быта казахов и других народов Казахстана. За небольшим отделом, первоначально насчитывавшим 4 научных сотрудников во главе с самобытным ученым востоковедом Нигметом Сабитовым, как бы стояли могучие фигуры предшественников: А.И.Левшина, Ч.Ч.Валиханова, Г.Н.Потанина, Ж.Кастанье, А.Диваева и др.

Перед этнографами изначально ставились важные задачи исследования традиционной культуры казахов, других этносов республики, изменений, происходивших в культуре и быту в тот период – прежде всего на основе полевых изысканий. Серьезной проблемой являлась подготовка кадров. Поэтому были вскоре налажены тесные научные связи с московскими и ленинградскими учеными, как в деле совместного полевого исследования, так и в плане подготовки молодых специалистов. В начале 1950-х гг. под их руководством защитили кандидатские диссертации первые профессиональные этнографы в Казахстане: И.В.Захарова, Г.Н.Валиханов, В.В.Востров, Р.Д.Ходжаева.

Несомненно, послевоенные годы были весьма сложными и трудными для развития науки. Достаточно отметить, что до 1955 г. экспедиции наших этнографов проводились на попутных машинах. Тем не менее, было сделано уже немало – почти ежегодно проводились экспедиции, материалы которых легли в основу диссертаций, ряда важных публикаций, а также и будущих монографий. Была завершена работа над плановой темой “Культура и быт казахского колхозного аулаѕ. Но, видимо, самым важным было то, что в этот период произошло организационное становление отдела этнографии, который мог уже решать серьезные научные задачи и готовить кадры. Особая заслуга в этом принадлежит первому заведующему сектором Н.Сабитову, а также И.В.Захаровой.

Именно в этот период в казахскую этнографию пришла группа молодых, энергичных, талантливых исследователей – Халел Аргынбаев, Едыге Масанов, Марат Муканов, Оразак Исмагулов. Они были востребованы, поскольку этнография Казахстана, прежде всего казахского народа, в научном отношении оставалась неизученной и представляла собой огромное поле деятельности. Каждый из них выбрал свое направление исследований, или даже несколько направлений, и успешно их развивал впоследствии. Вот как пишет об этом времени в одной из своих статей ветеран казахстанской этнографии И.В.Захарова: “Серьезный поворот в этнографии Казахстана начинается в годы так называемой “оттепелиѕ, в середине 1950-х годов. Конкретно это связано с новой задачей, поставленной АН СССР – подготовкой “Историко-этнографического Атласа Средней Азии и Казахстанаѕ, для которой вся работа по казахам возложена была на отдел этнографии АН Казахской ССР. С этого времени появляется возможность более свободного выбора тематики, этнографы переходят к углубленному сбору материалов и их объективному истолкованию…ѕ .

Это был романтический этап казахской полевой этнографии, когда первостепенное значение уделялось экспедиционной работе в различных районах огромной республики. На основе этих изысканий появляются первые серьезные публикации молодых этнографов Казахстана. Изданию этих материалов и исследований тогда придавалось серьезное значение. Показательный пример: из шести первых томов Трудов ИИАЭ этнографии пропорционально были посвящены два тома – 3-й и 6-й.

Экспедиционные исследования планомерно и интенсивно проводились небольшим коллективом этнографов вплоть до начала 1980-х годов, был собран огромный уникальный полевой материал по различным разделам традиционно-бытовой культуры казахов, других народов республики. Наряду с этим велись солидные архивно-библиографические изыскания. Все это нашло выражение в диссертационных исследованиях, монографиях, получивших высокую оценку в советской этнографической науке: “Культура и быт казахского колхозного аулаѕ, “Казахская национальная одежда XІX – начала XX в.ѕ, “Очерки истории этнографического изучения казахского народа в СССРѕ, “Ќазаќ халќындаєы семья мен некеѕ, “Родоплеменной состав и расселение казахов (конец XІX – начало XX в.)ѕ, “Население Казахстана от эпохи бронзы до современностиѕ, “Хозяйство казаховѕ, “Казахское народное прикладное искусствоѕ и др. Следует отметить, что на исследованиях тех лет базируется и ряд более поздних изданий, абсолютно не утративших своего научного значения – “Казахское народное жилищеѕ, “Ќазаќ шежіресі хаќындаѕ.

Несомненно, в этот период казахстанская этнография была на подъеме, имела серьезные научные достижения – в особенности в русле выполнения программы по региональному “Историко-этнографическому атласуѕ. После выхода “Хозяйства казаховѕ в 1980 г., по мнению московских ученых, казахские этнографы были намного впереди своих коллег из других союзных республик, в том числе и России. Действительно, каждая из перечисленных книг являлась обобщающим, нередко капитальным исследованием, во многом образцом научного анализа. За каждой из них стоял большой труд, нелегкие экспедиционные маршруты, конкретные личности авторов, их судьбы. Все это можно видеть в публикуемом ниже очерке истории отдела этнологии со времени его образования и, фактически, до середины 1990-х годов .

* * *

При организации Института истории, археологии и этнографии (ИИАЭ) в системе Академии наук Казахской ССР в 1945 г. , в самом названии вновь образованного научного учреждения была определена одна из его основных задач – изучение быта и культуры казахов и других народов республики, что и составило одну из главных задач этнографической науки того времени.

К сожалению, не обнаружены архивные документы (приказы), говорящие о дне образования подразделений в стенах Института, но есть косвенные документы относительно этого вопроса. Согласно, Пятилетнему плану ИИАЭ АН КазССР на 1946-1950 гг., сектор этнографии включал в себя: а) отдел народных обычаев, б) отдел домашнего быта, в) отдел духовной культуры . Заведующим сектором в организационный период был кандидат филологических наук, востоковед Нигмет Сабитов .

Казалось бы, что столь внушительное разветвление сектора на три отдела, должно предполагать и наличие многочисленных сотрудников. На самом деле этого не было. В 1946 г. в штате сектора этнографии числилось четыре научных сотрудника: Н.Сабитов, Ш. Жанабилов, М.Уралов и Д.Рахметов .

В этой связи, хотелось бы отметить: какая бы отрасль науки ни была, она подчиняется, в первую очередь, внутренним законам, выработанным в период своего зарождения, первоначального становления. Такие законы были присущи в рассматриваемое время и советской этнографии, уже утвердившейся как самостоятельная наука, ближайшая родственница истории, но имеющая свои задачи и объекты исследования, свою методику и методологию, свою основополагающую теоретическую основу. В Казахстане в то время специалисты по этнографии отсутствовали, и даже зав.сектором был ученый-филолог.

Однако это ни в коей мере не принижает роль Н.Сабитова, его роль в становлении этнографической науки в республике, подготовке специалистов-этнографов. В своей объяснительной записке к “Пятилетнему плану (1946-1950 гг.)ѕ он писал, что “этнография Казахстана изучена крайне слабоѕ и основная задача в 4-й пятилетке – “выращивание кадровѕ . Отсутствие методологии научного этнографического познания, малочисленность кадров, не имевших специальной подготовки – все это было причиной того, что небольшому коллективу пришлось начинать с чистого листа. И первые шаги в их научной деятельности были в правильном направлении – в организации экспедиций по изучению культуры и быта казахов в самой гуще народа.

В соответствии с решением Президиума АН КазССР в 1946 г. в Восточно-Казахстанскую область была направлена этнографическая экспедиция, вернее отряд из двух человек: М.Уралова и Д.Рахметова . По словам Н.Сабитова, “работа данной экспедиции, являясь только началом этнографического исследования Казахстана, имела рекогносцировочный характерѕ . Перед участниками экспедиции были поставлены следующие задачи: исследовать традиционные формы ведения хозяйства, главным образом скотоводство и его отражение в материальной культуре; собрать материал по родоплеменному составу и системе родства казахов, их доисламским верованиям, орнаменту и т.д. М.Уралов и Д.Рахметов работали в Зайсанском, Тарбагатайском и Аксуском районах Восточного Казахстана и, судя по отчету, собрали интересный этнографический материал. К сожалению, результаты экспедиции не опубликованы, архивы (записи бесед, фото, рисунки) не сохранились. Однако, ввиду того, что это была первая этнографическая экспедиция вновь организованного Института и в знак признательности к ее участникам, хочется хотя бы вкратце представить некоторые сведения по традиционной культуре казахов, сохранившиеся в отчете сектора этнографии за 1946 г.

Участники экспедиции зафиксировали некоторые виды одежды казахов, ныне совершенно исчезнувшие. К таким относятся зимняя шуба пастухов из войлока – кебенек (в документе: “кегенекѕ), войлочные сапоги в сыромятных калошах – шаќай (шахай). В то время некоторые женщины носили кожаные штаны и тізеќап (тізе – колено, ќап – мешок, футляр), “заменяющие теплые чулкиѕ. По словам информаторов, они “простегиваются на шерсти и длинными шнурами прикрепляются к поясуѕ. Нередко встречался кїлјпара – мужской головной убор в виде башлыка, который ныне можно отнести к разряду редко встречающихся.

Много сведений собрано было по казахской пище и хочется упомянуть жаубїйрек – что-то вроде шашлыка из кусков печени. Интересны материалы по родоплеменному составу казахов, скотоводству и земледелию, жилищу и т.д.

Важным этапом в становлении и развитии этнографической науки в Казахстане было проведение расширенного заседания сектора этнографии, в котором приняли участие ученые Института, директор Центрального государственногго музея Казахстана А.Жиренчин, а также сотрудник Института этнографии АН СССР М.Г.Левин. Вел заседание директор Института академик АН КазССР С.В.Юшков. Он в частности отметил: “Относительно этнографии следует заметить, что насколько хорошо укомплектован отдел истории, настолько мал и малолюден этнографический. Объем и план работы нашего сектора [этнографического] должен быть увязан с Институтом этнографии [АН СССР]ѕ. М.Г.Левин осветил в основном вопросы антропологии, но коснулся и собственно этнографии, призывая к установлению контактов между московскими и казахстанскими учеными. С.В.Юшков также призвал к подготовке антропологов .

Значение этого совещания в том, что оно привело к более планомерному развитию этнографической науки в Казахстане на первоначальном этапе, способствовало установлению контактов казахских исследователей с московскими и ленинградскими учеными, результаты чего сказались быстро.

5 августа 1947 г. в Алматы прибыли видные московские и ленинградские ученые для участия в Комплексной антрополого-этнографической экспедиции Института этнографии АН СССР и Института истории, археологии и этнографии КазССР. Начальником экспедиции был утвержден антрополог и этнограф Н.Н. Чебоксаров. Экспедиция была разбита на два подразделения: антропологии, куда входили Н.Н. Чебоксаров, В.В.Гинзбург, А.В.Гинзбург, И.А.Минский, К.Д.Каупуш и этнографии, в составе – А.Н.Нурканова (зам. начальника экспедиции), Г.Г.Стратанович (Ленинград), Е.И.Махова (Москва), Н.В.Шлыгина (Москва), Н.Г.Борозна (Москва), М.Н.Кабиров, Д.Р.Рахметов, Ф.А. Аронов, И.В.Захарова (Алматы) .

Основная группа антропологов и этнографов работали в Чиликском и Кегенском р-нах Алматинской обл., М. Кабиров и И.В.Захарова вели сбор этнографического материала в Панфиловском р-не Талдыкорганской обл., а группа под руководством Г.Г.Стратанович обследовала дунган с. Жалпактобе Жамбылской обл. . Этнографы-москвичи изучали в основном материальную культуру, казахстанцы – общественный и семейный быт, родовые отношения, фольклор.

Итоги экспедиции были хорошими. Кроме записей, рисунков, фотографий были приобретены у населения в местах обследования предметы декоративно-прикладного искусства (текемет, сырмаќ, кебеже и др.) . Видимо, эта коллекция ушла в Москву или Ленинград, скорее всего в последний город, где находился Государственный музей этнографии народов СССР, пополнив интересный фонд изделий казахских мастеров.

Изменился состав сектора этнографии. Судя по составу участников Комплексной экспедиции и протоколу заседания от 20 января 1948 г. в секторе этнографии числились: Н.Сабитов (зав.сектором) и младшие научные сотрудники Ф.Аронов и Д.Рахметов. Нет М.Уралова – видимо, он уволился. Таким образом, количественного роста в отделе не произошло. Участниками же первых этнографических экспедиций были, в основном, ученые со стороны.

К большому сожалению, материалы этой Комплексной антрополого-этнографической экспедиции не были изданы, подобно тем публикациям, которые осуществили аналогичные экспедиции в Кыргызстане и Узбекистане. Но о ее результативности, богатстве собранного этнографическогго материала можно судить хотя бы по тому, что участник экспедиции И.В.Захарова собрала обширный материал по хозяйству и материальной культуре казахов, составивший часть будущей диссертации исследователя, которая была впоследствии опубликована (в сокращенном варианте) . Следует сказать, что исследование Захаровой было посвящено как дореволюционному периоду, так и, преимущественно, современности, что соответствовало тематике сектора этнографии.

1949 год можно считать определённой вехой в развитии этнографической науки в Казахстане. В этом году полевые исследования велись в колхозах Чуйского (Шуского) р-на Жамбылской обл. и руководство экспедиции было поручено старшему научному сотруднику Института этнографии АН СССР О.А.Корбе. Примечательно и то, что кроме прежних сотрудников сектора – Д.Рахметова и Ф.Аронова – в экспедиции принимали участие аспирант Г.Валиханов и художник М.Шаталов, что свидетельствует не только об увеличении числа участников экспедиции, но и о росте ее научного потенциала. Экспедиция работала с 25 августа по 15 октября и собрала богатый материал по материальной и духовной культуре казахов. Было сделано 265 фотоснимков, 38 зарисовок различных объектов (жилищ, поселений, школ и т.д.), образцов декоративно-прикладного искусства (войлочных изделий, вышивок и др.) и т.д. .

К отрадным явлениям следует отнести публикацию О.А.Корбе и Е.И.Маховой в московском издании, основанную на итогах обследования 1947 и 1949 гг. . Эта статья дает представление о промыслах, бытующих в Чуйской долине, изделиях, их орнаментике. Значение публикации заключалось и в том, что общественность страны вновь начала получать сведения по культуре и быту, этнографии казахов, прерванные еще в конце 1930-х годов.

В 1950 г. в аспирантуру ИИАЭ были приняты В.В.Востров, Р.Д.Ходжаева. Руководство Института приняло правильное решение – послать своих аспирантов в Ленинградское отделение Института этнографии АН СССР, являвшийся одним из мировых центров этнологии. Ленинград, как ни один другой город Советского Союза, располагал этнографической научной базой. Кроме специализированного института здесь имелись Музей антропологии и этнографии АН СССР – продолжатель традиций Петровской Кунсткамеры, Государственный музей этнографии народов СССР и другие научные, культурно-просветительские учреждения. Вот в таких условиях и должны формироваться этнографические кадры. Руководителем аспирантов был видный советский этнограф, доктор исторических наук Л.П.Потапов.

В начале 1950-х гг. под руковоством доктора исторических наук Т.А.Жданко защитила диссертацию аспирант Московского государственного университета им. М.В.Ломоносова И.В.Захарова, принимавшая в 1947 г. участие в Комплексной антрополого-этнографической экспедиции Института этнографии СССР и Института истории, археологии и этнографии АН КазССР. Шла к завершению также аспирантура Г.Н.Валиханова в ИЭ АН СССР. В общем, подготовка научных кадров шла в нужном направлении.

В мае 1950 г. был разработан план научно-исследовательской работы по сектору этнографии на 1951-1955 гг. и главной проблемой на пятилетие, как и прежде, было изучение темы “Культура и быт казахского колхозного аулаѕ . Если районы обследования подвергались корректировке (расширялись), то основное тематическое направление исследований сохранялось.

В 1950 г. увидела свет небольшая по объему, но значительная по содержанию книга Н.Сабитова “Мектебы и медресе у казаховѕ. В своем исследовании автор раскрыл систему народного образования в Казахстане до 1917 г., указал на экономическую базу, формировавшую просвещение и представил те социальные слои населения, из которых формировался преподавательский состав и контингент учащихся, и в целом осветил значение традиционных и “новометодныхѕ мектебов и медресе в жизни казахов.

В 1951 г. произошли и кадровые изменения. В связи с назначением Н.Сабитова зам. директора ИИАЭ по научной части, он был освобожден от заведования сектором этнографии и на эту должность приказом по Институту за № 2 от 5 января 1951 г. была назначена Х.Г.Айдарова. Однако в октябре того же года (приказ № 130 от 1 октября 1951 г.) Н.Сабитов возвращается на прежнее место, а Х.Г.Айдарова назначается зав. отделом истории Казахстана XІX в.

В 1951-53 гг. этнографическая экспедиция работала в Жамбылской обл., продолжая сбор материалов по основной проблеме сектора этнографии. Так, в 1951 г. полевой отряд в составе И.В.Захаровой (нач. экспедиции), мнс Ф.Аронова, аспиранта Р.Д.Ходжаевой и художника Мусаева проводил исследования в Жамбылской р-не. В 1952 г. экспедиция во главе с Н.Сабитовым (члены экспедиции И.В.Захарова, художник Н.Третьяков) обследовала Меркенский р-н области.

В 1953 г. успешно защитили диссертации В.В.Востров, Г.Н.Валиханов, подготовила к защите диссертацию Р.Д.Ходжаева. В этом же году сектор был преобразован в отдел этнографии, в котором собрались уже действительно этнографы, кандидаты наук: снс И.Захарова, мнс Г.Валиханов и “готовая к защитеѕ Р.Ходжаева. В.Востров работал в президиуме Академии наук, но и он в скором времени вернется в родные пенаты.

Накопленный этнографический материал дал возможность зав. отделом Н.Сабитову выступить с публикациями в печати, в которых рассказывалось о проблемах, разрабатываемых казахстанскими этнографами, и подводились итоги проводимых исследований. В 1952 г. им была опубликована статья “Работа по изучению культуры и быта казахского колхозного аулаѕ , в 1953 г. в журнале “Советская этнографияѕ (№3) – “Этнографическая экспедиция в Меркенский район Джамбулской областиѕ.

В 1953 г. экспедиция отдела вела сбор этнографического материала в Енбекшиказахском р-не Алматинской обл. Начальник экспедиции Н.Сабитов пробыл в экспедиции 15 дней, но, тяжело заболев, вернулся в Алматы. Руководство экспедицией , а немного позднее и исполнение обязанностей зав. отделом взяла на себя И.В.Захарова, ввиду серьезной болезни Сабитова.

В этом же году сотрудники отдела по разрабатываемой теме написали первые варианты глав “Материальная культураѕ, “Духовная культураѕ, части глав “Хозяйствоѕ, “Жилищеѕ, основу которых составили полевые материалы этнографических экспедиций последних лет. В 1954 г. в аспирантуру был принят Х.Аргынбаев, руководителем которого была назначена И.В.Захарова.

В 1955 г. отдел этнографии приступил к разработке новой темы: “Развитие народного жилища и изменение быта казахов-колхозниковѕ (исполнители: И.В.Захарова, В.В.Востров). Исследователи ставили перед собой задачу проследить историю становления оседлого жилища у казахов, процесс его совершенствования и развития. Работа оказалась трудоемкой и сложная. И хотя тема была выполнена к сроку (1960 г.), однако процесс подготовки к печати с учетом замечаний оппонентов растянулся на многие годы (надо было выполнять другие очередные темы) и книга увидела свет только в 1989 г. , когда нет уже в живых В.В.Вострова, а И.В.Захарова давно живет в Омске. Однако, несмотря на это, книга отнюдь не утратила своего важного научного значения. Ценность ее не только в показе генезиса и развития оседлого жилища казахов (в том числе и в связи с историей переносного жилища – юрты), но и в составлении типологических карт по различным характеристикам: стеновому материалу, типам кровель, типам усадеб и т.д.

В этот период Институт этнографии СССР приступил к составлению “Историко-этнографического атласа народов Средней Азии и Казахстанаѕ и как координирующий центр привлек к этой работе соответствующие Институты союзных республик. Данная тематика на многие годы определила пути исследований казахстанских этнографов. Согласно программы “Историко-этнографический атласѕ должен был наглядно, при помощи карт и таблиц, представить этническую историю, быт и культуру каждого народа региона; текст каждого раздела – в полном объеме показать этническую культуру отдельного народа, а рисунки (помимо карт и таблиц) зримо представить традиционные изделия промыслов и ремесел, одежду, жилище, утварь и т.д.

В том же 1955 г. была организована экспедиция, обследовавшая Аягузский и Шубартауский р-ны Семипалатинской обл., Каркаралинский и Шетский р-ны Карагандинской обл. Руководил экспедицией В.В.Востров, в ее составе были аспирант Х.Аргынбаев, а также исследователи со стороны: Л.А.Демази – из Центрального государственого музея Казахстана и Е.Микульская – искусствовед .

Помимо темы по истории жилища, участники экспедиции проводили сбор материалов по всем основным разделам “Историко-этнографического атласаѕ: одежде, пище, средствам передвижения, родорасселению и т.д. Интересны некоторые выводы – например, что первоначальным оседлым жилищем в обследованных районах Казахстана была не землянка (полуземлянка) как в других регионах Казахстана, а надземное сооружение шошала или тошала.

Об этой экспедиции надо сказать и то, что она была первой, в пользовании которой был автотранспорт (до сего времени проводимые экспедиции осуществлялись на попутных машинах). Это, конечно, во многом было удобным как в смысле бытового устройства, так и в плане более плодотворного использования времени.

Значительным событием в жизни Института было издание трудов по различным отраслям истории. В 1956 г. вышел 3-й том Трудов Института истории, археологии и этнографии АН КазССР, целиком посвященный этнографии и состоявший из больших статей отчетно-исследовательского характера. Публикации В.В.Вострова, И.В.Захаровой рассматривают традиционную культуру казахов в прошлом и на современном этапе, а именно: историю исследуемого региона, хозяйство, быт, материальную культуру . Статьи указанных авторов интересны не только в плане представления этнографии местного населения, но и для сравнительного анализа традиционной культуры различных частей Казахстана – западной, где вел исследования Востров и юго-восточной, где работала Захарова. Этот анализ подтверждает существование единой этнической культуры казахов и в то же время раскрывает определенные особенности в жизни местного населения. Например, в отличие от многих районов Казахстана, букеевские казахи довольно рано перешли к использованию стационарных жилищ. Как пишет автор: “В то время как во Внутренней орде зимние дома появляются в 30-40-х годах XІX столетия, зауральские казахи даже в 70-х годах продолжают жить в юртах круглый годѕ .

Публикация Р.Д.Ходжаевой была посвящена этнографии уйгурского народа и в основном рассматривает положение женщины в обществе и быту . Это была, можно считать, первая научная работа по этнографии уйгуров, где сравнивается положение женщины в прошлом и настоящем.

Статья же Н.Сабитова в данном сборнике – посмертное издание части многопланового исследования, задуманного автором. Со дня основания сектора этнографии Н.Сабитов основное внимание уделил изучению духовной культуры казахов. По итогам экспедиций им были опубликованы статьи по различным вопросам этнографических исследований в Казахстане в послевоенные годы. Но из всего задуманного в этом направлении Н.Сабитову удалось подготовить только одну статью по общественному и семейному быту казахов .

В связи с ранними публикациями казахстанских этнографов хотелось бы остановиться на одном вопросе: имеют ли научную ценность публикации советского периода или их нужно отбросить как продукт “тоталитарного режимаѕ. И здесь, безусловно, верным будет ответ: труды этнографов не теряют своей значимости. Этнографы, жившие и живущие в различные времена, несомненно, “порожденияѕ своей эпохи и на их исследованиях лежат отпечатки какой-то идеологической шелухи, но не более. Основное же содержание их трудов – этническая история, материальная и духовная культура и др. – не утрачивает своей актуальности, познавательности и поныне. Это положение в полной мере справедливо к исследованиям казахстанских этнографов послевоенного периода, в которых, сквозь неизбежный идеологический налет, выявляется мощное поле самобытной историко-культурной, этнографической информации.

В 1956 г. в отдел этнографии был принят Е.А.Масанов и на должность мнс – М.С.Муканов. На личности Едыге Айдарбековича Масанова, трагически погибшего в экспедиции 1965 г., следует остановиться подробнее. Это был крупный, разносторонний этнограф-исследователь, обладавший незаурядным талантом, трудолюбием и эрудицией – достаточно вспомнить его замечательные статьи по различным видам ремесла казахов, и конечно, “Очерк истории этнографического изучения казахского народаѕ – книгу, которая известна всем казахстанским этнографам и историкам. Он был сыном ответственного работника советского аппарата, безвинно арестованного в 1937 г. и расстрелянного в застенках ГУЛАГа, участником Великой Отечественной войны. После войны Е.Масанов закончил Московский государственный университет, работал учителем. В 1956-1958 гг. прошел аспирантуру в Институте этнографии АН СССР под руководством Т.А.Жданко, видного этнографа, “крестной материѕ многих среднеазиатских и казахстанских этнографов.

За свою короткую жизнь он опубликовал 40 научных работ. Особенно велики его заслуги в изучении промыслов и ремесел казахов – темы, по которой ученым была написана кандидатская диссертация, защищенная в Москве, и, к сожалению, до сих пор не опубликованная . Е.А.Масанов был во многом первым – например, обнаружил прижизненную публикацию о Чокане Валиханове с его портретом во французском издании . Он вел большую работу по изучению истории этнографической науки в Казахстане, опубликовав массу статей. Ученый подготовил рукопись книги по этой тематике, которая в будущем должна была составить основу его докторской диссертации. Но монография вышла уже после смерти автора и уже долгие годы живет своей жизнью, как исключительно ценное, обобщающее исследование .

В 1956 г. была организована самая крупная (из всех предыдущих) этнографическая экспедиция в Кустанайскую и Актюбинскую области. Почти все научные сотрудники отдела принимали в ней участие. Руководство экспедиции осуществляли зав. отделом И.В.Захарова и снс В.В.Востров. Члены экспедиции: мнс Г.Н.Валиханов, мнс М.С.Муканов, аспирант Е.А.Масанов, Л.А.Демази (из музея), художник Н.Третьяков, фотограф Р.Миршанов.

Можно сказать, что к 1956 г. в отделе была разработана в основном методика сбора этнографического материала, что, несомненно, способствовало целеустремленной работе по широкому охвату полевого обследования. За каждым участником экспедиции была закреплена тематика, которую он вел затем на протяжении многих лет: “Одежда и украшенияѕ (И.В.Захарова, позднее к ней присоединилась Р.Д.Ходжаева), “Народное жилищеѕ (В.В.Востров, И.В.Захарова), “Родоплеменной состав казаховѕ (В.В.Востров, М.С.Муканов), “Народные промыслы и ремеслаѕ (Е.А.Масанов, М.С.Муканов). Все вышеперечисленные проблемы являлись разделами обширной программы “Историко-этнографического атласа народов Средней Азии и Казахстанаѕ, разработанной ИЭ АН СССР совместно с академиями всех союзных республик.

В 1956 г. аспирант Х.Аргынбаев продолжал сбор материалов для своей диссертации в Семипалатинской и Восточно-Казахстанской областях. Тема диссертации касалась историко-культурных связей русского и казахского народов в середине XІX – начале XX вв. на примере Восточного Казахстана. Собранный им материал позволил аспиранту приступить в следующем году к написанию диссертации.

В 1957 г. в ИИАЭ была организована группа по изучению наследия Ч.Ч.Валиханова во главе с членом-корреспондентом АН КазССР А.Х.Маргуланом (в 1958 г. избран академиком). Группа чокановедов была причислена к отделу этнографии и в 1958 г. А.Х.Маргулан был избран заведующим отделом этнографии, а И.В.Захарова оставалась в отделе старшим научным сотрудником, по-прежнему являясь авторитетом для коллег-этнографов, благодаря своей эрудиции и большому опыту экспедиционных исследований.

Группа чокановедов включала различных специалистов: этнографа Г.Н.Валиханова, географа, специалиста по арабской графике Д.Х.Кармышеву, историков Л.М.Ауэзову, М.С.Турсунову. В разное время для сбора рукописного наследия Ч. Валиханова привлекались и другие ученые Института. В течение десяти лет эта группа исследовала, готовила к печати обширные материалы, которые под ее наблюдением были изданы в виде академического 5-томного Собрания сочинений ученого энциклопедического масштаба, каким являлся Чокан Чингисович Валиханов.

В 1956 г. в отдел был принят О.Исмагулов, впоследствии перешедший в аспирантуру и специализировавшийся по антропологии. Он защитил вскоре кандидатскую диссертацию, в 1984 г. – докторскую и в 1989 г. выделился из отдела этнографии, организовав самостоятельную антропологическую лабораторию. В настоящее время группа антропологов вновь числится внутри вышеназванного отдела, который официально называется “отдел этнологии и антропологииѕ.

Как уже отмечалось, исследования конца 1950-х годов были сосредоточены на узловых вопросах “Историко-этнографического атласаѕ и экспедиции 1957-1959 гг. проводили сбор этнографического материала по различным его разделам. Согласно отчету 1959 г. в отделе работали тогда над двумя переходящими темами: “Карта родоплеменного расселения казахов в конце XІX – начале XX вв.ѕ (исполнители: В.В.Востров, М.С.Муканов) и “Народная одежда казаховѕ (исполнители: И.В.Захарова, Р.Д.Ходжаева). М.Муканов выявил и выкопировал материалы из Центрального государственного архива СССР и карты из Публичной библиотеки им. Салтыкова-Щедрина (г. Ленинград) по родовому составу и расселению казахов. По народной одежде также был выявлен обширный материал в Музее этнографии народов СССР, что позволило авторам приступить к написанию монографии.

В 1959 г. вышел 6-й том Трудов ИИАЭ, посвященный этнографии. Он также, в основном, построен на анализе этнографического материала экспедиционных исследований. Подводя итоги этнографических экспедиций, И.В.Захарова отметила целенаправленность поисков – а именно: сбор материалов для “Историко-этнографического атласаѕ. Был получен богатый материал по земледелию – в частности сделаны подробные описания и рисунки водоподъемных сооружений (атпа, шыєыр), которые приводятся в статье автора . Обширен материал по жилищу. Описывая устройство юрты, Захарова отметила своеобразные шаныраки Северного Казахстана: наличие в них двенадцати кїлдіреїіш – дугообразных планок, скрепляющих обод шанырака – по шесть в каждой плоскости . Участники экспедиций обратили внимание на особенности и в других сферах материальной культуры: в устройстве стационарных жилищ, в головных уборах, украшениях и т.д.

Статья Х. Аргынбаева – сокращенное изложение диссертации, которую он успешно защитит в следующем 1960 г. в Москве. В ней показаны история заселения русскими Восточного Казахстана, этнический состав населения по данным переписи 1926 г., а также прогрессивные изменения в хозяйстве и быту казахов во 2-й половине XІX – начале ХХ вв. К ним, бесспорно, следует отнести развитие продуктивного сенокошения (с использование косы – шалєы), стационарного домостроения на зимовках (ќыстау), появление колесных плугов (сабан), усовершенствование средств передвижения и др. Исследователь пишет, что уже “в середине XІX в. строительство бревенчатых домов шло достаточно интенсивноѕ. Появляются даже трехкамерные бревенчатые дома и поселки с уличной планировкой и т.д. В целом значение большой статьи Х.Аргынбаева, равно как и диссертации, заключается как в показе причин и последствий инноваций, произошедших в казахском обществе после историко-культурного “переломаѕ 1830-50-х гг. (а именно в связи с началом перехода к полукочевому-полуоседлому образу жизни), так и в многоплановом анализе традиционного хозяйства и материальной культуры казахов в дореволюционный период.

Статьи этнографов Е.А.Масанова, В.В.Вострова, М.С. Муканова, искусствоведа Н.А.Оразбаевой также основаны на материалах экспедиций и посвящены промыслам и ремеслам казахов. Кроме того, Е.Масанов посвятил еще одну свою статью истории этнографического изучения казахов до 1845 г., а историк Г.И.Семенюк – рабству в Казахстане .

В 1960 г. отдел вновь возвращается к изучению современного быта казахов-колхозников, но, в отличие от прошлых лет, организуется стационарное исследование, т.е. выбранные объекты (селения) изучаются в течение нескольких лет и ежегодные сроки пребывания в них – не менее 60 дней, в целом. После пилотажных поездок были выбраны два колхоза: им. XXІІ съезда КПСС и “Жетысуѕ Талдыкорганского р-на Алматинской обл. В течение 1961-64 гг. исследование этих объектов должно было завершиться изданием монографии, охватывающей все стороны производственной и бытовой культуры. Конечно, выбор исследуемых объектов преследовал цель показать в лучшем свете быт и культуру села. Для этого и были выбраны преуспевающие хозяйства: колхозом им. XXІІ съезда КПСС руководил дважды Герой Социалистического труда Нурмолда Алдабергенов, а “Жетысуѕ – Герой Социалистического труда Абдыкадыр Даиров .

Наряду со стационарным обследованием колхозов, сотрудники отдела этнографии продолжали сбор этнографического материала по разделам “Историко-этнографического атласаѕ. В начале 60-х годов были проведены следующие экспедиции: Кызылординская, Западно-Казахстанская – 1960, Центрально-Казахстанская – 1961, “Кош-Агачскаяѕ (Косагашская, Горно-Алтайская АО), Эмбинская – 1962, Торгайская – 1963 гг.

В 1964 г. вышла в свет монография И.В.Захаровой и Р.Д.Ходжаевой “Казахская национальная одежда. XІX-начало ХХ векаѕ, являющаяся итогом многолетней работы над одним из разделов “Историко-этнографического атласаѕ. Этнические и возрастные особенности; комплексы одежды; старинная, уже вышедшая из бытования, исчезнувшая, и традиционно бытующая одежда; покрой и материал, из которого она шьется; возрастное назначение головных уборов; классификация и типология одежды и многое другое – вот содержание данного обобщающего исследования. Несомненно, это было серьезным успехом авторов и нашей этнографической науки в целом.

В 1964 г. сотрудники отдела были участниками VІІ Международного конгресса антропологических и этнографических наук в Москве. Этнографы Казахстана активно работали в секциях и симпозиумах, а А.Х.Маргулан и Е.А.Масанов выступили с докладами .

В том же году, в связи с переездом в Омск, ушла из Института И.В.Захарова, много сделавшая для развития этнографической науки в Казахстане. Но казахстанские этнографы еще долгое время поддерживали с ней творческие связи, о чем свидетельствует ее участие в последующих плановых темах отделах этнографии. И по прошествии многих лет, находясь уже в солидном возрасте, Ирина Витальевна до сих пор уделяет внимание казахстанской проблематике .

В том же году отдел пополнился новыми сотрудниками: на должность мнс была принята Д.Х.Кармышева, закончившая работу в группе чокановедов, а на место старшего лаборанта – Х.А.Кауанова, закончившая аспирантуру в Москве. Вскоре она защитит диссертацию и будет работать над проблемой быта и культуры рабочих промышленных предприятий.

В 1965-1966 гг. сотрудники отдела этнографии работали в основном над разделами плановой темы о культуре и быте современного казахского колхозного аула и завершили их к осени 1966 г. Рукопись была обсуждена на заседаниях правлений обследованных колхозов и получила одобрение. Она была представлена Ученому совету Института, который рекомендовал ее в печать. Книга вышла в свет в 1967 г. и рассматривает многие стороны жизни обследованных колхозов: хозяйство, материальную культуру, семью и семейный быт, культуру села . Столь широкое научное этнографическое издание, дающее представление о современном казахском ауле было осуществлено впервые.

В 1966 г. по отделу этнографии были утверждены две темы: “История развития казахской семьиѕ (исполнители: Х.Аргынбаев, Р.Д.Ходжаева, Д.Х.Кармышева) и “Современный технический прогресс и изменения в материальной культуре казахского народаѕ (исполнители: В.В.Востров, М.С.Муканов, Х.А.Кауанова) . Название последней темы оказалось довольно неудачным и в 1967 г. ей было дано новое наименование “Изменения в материальной культуре казахского народа на современном этапеѕ .

Для выполнения этих тем, которые должны были быть завершены к 1968-69 гг. организуются экспедиции в Целиноградскую, Южно-Казахстанскую, Семипалатинскую области .

В 1968 г. в издательстве “Наукаѕ была издана монография В.В.Вострова и М.С.Муканова “Родоплеменной состав и расселение казахов (конец XІX – начало ХХ вв.)ѕ, объемом 20 п.л. (256 с.). В этой книге рассмотрена история казахских жузов, племен и родов, их расселение в указанный период, на которое повлияли различные факторы: межродовая борьба, устройство военных поселений, переселение крестьян. Книга была подготовлена в качестве раздела “Историко-этнографического атласаѕ. Поэтому в ней даются подробные карты расселения родов, по которым можно наглядно представить этническую ситуацию в конце XІX – начале ХХ вв.

Книга с интересом была встречена общественностью и довольно настороженно партийно-государственным аппаратом. Сверху сначала посылались замечания мелкого “калибраѕ: “зачем авторы цитируют М.Тынышпаеваѕ, “к чему приводятся подробные родовые схемыѕ и проч. и проч. Но надвигались и более серьезные обвинения, ждали только момента, который наступил после декабрьских событий 1986 года, в период правления Г.В.Колбина. В связи с появлением пресловутого ярлыка “казахского национализмаѕ, “утвержденногоѕ в Москве, оживились ряд казахских философов, которые обвинили книгу в разжигании националистических страстей и предлагали вообще не заниматься подобной тематикой, то есть выбросить из истории казахов огромный исторический пласт, лишив народ собственной истории.

Как мы знаем, эти досужие антинаучные подходы в оценке труда профессиональных этнографов в 1990-х гг. абсолютно не выдержали проверки временем, когда необходимость научного исследования совокупной народной истории казахов (проблема “шежіреѕ и т.д.) стала совершенно очевидной, и, естественно, такие изыскания уже не нуждались в “разрешенияхѕ. Но в период перестройки монография по родоплеменной истории казахов попала в спецхраны библиотек (фактически запрещена) и значительное время была почти недоступной читателям, что, наоборот, создало ажиотаж вокруг этого издания, которое стало еще более популярным и востребованным.

Возвращаясь вновь к периоду конца 1960-х гг., отметим что тогда вышла в свет интересная книга Х.А.Аргынбаева “Ќазаќтыѕ мал шаруашылыєы жайында этнографиялыќ очеркѕ. В этот же период он завершил работу над темой “Семья и брак у казаховѕ, а В.В.Востров и Х.А.Кауанова – по теме “Материальная культура казахского народа на современном этапеѕ, которые впоследствии были обнародованы в виде монографий.

В 1970 г. отдел этнографии принялся за разработку новой проблемы “Типы казахского хозяйства и история его развитияѕ. Она распадалась на два раздела: “Земледелиеѕ – исполнители: В.В.Востров, И.В.Захарова (Омск), М.С.Муканов, К.А.Биржанов (аспирант, проходивший обучение в Москве), Д.Х.Кармышева; “Животноводствоѕ – Х.А.Аргынбаев, Р.Д.Ходжаева, Х.А.Кауанова. Для сбора материалов по этой теме были организованы две экспедиции: в Северо-Казахстанскую и Кызылординскую области.

В 1972 г. вышла в свет книга В.Вострова и Х.Кауановой “Материальная культура казахского народа на современном этапеѕ, где наряду с сельским населением, впервые были представлены быт и культура рабочих промышленных предприятий.

В следующем году была опубликована монография Х.Аргынбаева по семье и браку казахов, явившаяся итогом многолетних экспедиционных исследований и архивно-библиографических изысканий . В своем исследовании этнограф рассматривает формы семьи, отцовское право и право наследования, воспитание детей, вопросы экзогамии при заключении брака, сватовство, размеры калыма и многое другое. Большое внимание в книге уделено обычаям и обрядам, которые в среде семейных отношений играют особую роль. Все они научно осмыслены автором и поданы с интересом, что захватывает при чтении. Монография составила основу докторской диссертации, которую Х.Аргынбаев успешно защитил в 1976 г.

В 1974 г. вышла из печати книга М.С.Муканова, посвященная этнической истории казахов Среднего жуза . В ней впервые были приведены различные материалы из архивов Ленинграда, Москвы и Алматы, освещающие систему расселения казахских родов в Сарыарке, пути их кочевок, количество родовых общин в уездах и т.д. В монографии излагались основные вопросы кандидатской диссертации автора, защищенной в 1972 г.

Как известно, довольно длительное время, начиная с 1957 г., отделом этнологии руководил А.Х.Маргулан. Это был разносторонний ученый и относился “к той плеяде ученых, которым выпала трудная, но счастливая доля быть первооткрывателями в науке и усилиями которых культура казахского народа стала достоянием всего человечестваѕ .

Став заведующим отделом, он, все же, уделял большое внимание подготовке и изданию пятитомного Собрания сочинений Ч.Ч.Валиханова и своей основной привязанности – археологии, тем более, что готовил монографию об открытой им бегазы-дандыбаевской культуре. Кроме того, ученый не бросал активной работы по опубликованию самых разнообразных материалов (литературоведческих, научно-популярных и т.д.), издавая – помимо статей, касающихся Чокана Валиханова – большое число публикаций об Абае, эпосе, древностях Казахстана и о многом другом . Такая напряженная работа требовала много сил, а время диктовало свое… В 1976 г. академик А.Х.Маргулан ушел с заведывания отделом, передав его в руки нового доктора наук Х.А. Аргынбаева. Отдел этнографии до 1989 г. работал под началом этого видного ученого .

В 1977 г. Х.А.Кауанова и К.А.Биржанов работали над темой “Культура и быт горняков и металлургов Центрального Казахстанаѕ, которая должна была завершиться в 1979 г. Второй темой отдела была “Материальная культура казаховѕ (исполнители: Х.А.Аргынбаев, М.С.Муканов), завершавшаяся в 1980 г.

После Постановления ЦК КПСС “О народных художественных промыслахѕ от 17 декабря 1974 г. , которое касалось и ученых, исследователей, необходимо было ответить делом на установку партии, как это было в практике тех лет. Накопленный в отделе этнографии материал давал возможность приступить к написанию монографий по народным промыслам и декоративно-прикладному искусству с позиций историко-этнографического анализа, показав истоки промыслов, ремесел, орнамента, и, проследив различные стадии культурно-исторического развития (генезиса) этих феноменов, связать их с народным творчеством современных мастеров и мастериц.

В 1979 г. вышла в свет книга М.С.Муканова “Казахские домашние художественные ремеслаѕ, основу которой составили полевые материалы экспедиций многих лет. В ней автор рассматривает истоки народного ремесла и орнамента. Широко представлены все циклы изготовления войлока, рассмотрено ткачество, плетение циновок и вышивка, приведены иллюстрации. Многолетние этнографические поездки позволили автору выявить регионы производства мозаичных войлочных ковров, безворсовых и ворсовых тканых ковров, вышивки, обосновать причины их формирования и характерные особенности.

Вслед за этим, в 1981 г., была издана вторая книга М.С.Муканова, также посвященная проблемам народных промыслов и ремесел – “Казахская юртаѕ, в которой освещена “родословнаяѕ (история) юрты, ее место в быту кочевников. Широко представлены технология изготовления и внутреннее убранство этого универсального мобильного жилища – результат поисков автора в музеях Алматы и Ленинграда.

По актуальной теме была подготовлена и издана на казахском языке весьма содержательная книга Х.Аргынбаева . В отличие от предыдущих изданий – где, в основном, рассматривались изделия народных промыслов из области женского труда – в данной работе освещалось мастерство казахских ремесленников. Книга также основана на полевых изысканиях автора; наряду с этим привлекаются материалы из музейных коллекций. Автор фактически впервые этнографически профессионально осветил искусство старых казахских мастеров, обратив особое внимание на технологию производства. Так, подробно рассмотрено искусство мастеров по дереву, специализировавшихся на изготовлении деталей юрты (їйші), седел (ерші), мебели и посуды. Также широко представлено мастерство традиционных специалистов по серебру (зергер), кости (сїйекші). Самобытными являются очерки по кожевенному производству и, в особенности, по камнерезному искусству, с приведением оригинальных полевых иллюстративных материалов.

Как видим, вышеуказанные книги – сочетавшие в себе качества научной монографии и богато иллюстрированного издания – явились достойным ответом казахских этнографов на веление времени. Они до сих пор остаются актуальными и широко востребованными.

В середине 1970-х годов отдел этнографии пополнился свежими силами: в 1975 г. был принят в ИИАЭ, а затем в аспирантуру и прикомандирован к Институту этнографии АН СССР выпускник КазГУ А.Т.Толеубаев. В 1979 г. он защитил в Москве кандидатскую диссертацию на тему доисламских верований и вернулся в институт. Однако вскоре вновь перешел в университет (ныне КазНУ им. аль-Фараби), где подготовил докторскую диссертацию и защитил на Ученом совете нашего института в 1993 г.

В 1976 г. в отдел этнографии был принят Н.Э.Масанов, сразу же включившийся в работу отдела по выполнению плановых тем. Вскоре он также защитил кандидатскую диссертацию, но по исторической проблематике (налоговая политика царизма в Казахстане). Впоследствии исследователь уже более целенаправленно занимался разработкой историко-этнографических проблем.

Как отмечалось выше, в 1970 г. отдел начал работать над выполнением темы “Типы казахского хозяйства и история его развитияѕ. Тема завершилась в 1973 г., была принята Ученым советом института как выполненная. Одновременно Ученый совет постановил подготовить, с учетом замечаний, рукопись к изданию. Этим в конце 70-х годов и были заняты академические этнографы. Вместе с тем, такая многоплановая тема требовала привлечения специалистов различного профиля, ученых со стороны. Были приглашены археологи К.М.Байпаков, М.К.Кадырбаев, этнографы И.В.Захарова (Омск), В.П.Курылев (Ленинград). В подготовке издания принял участие зам. директора Института Г.Ф.Дахшлейгер. Основной же костяк авторского коллектива составляли этнографы отдела: Х.А.Аргынбаев, В.В.Востров, Р.Д.Ходжаева, М.С.Муканов, Х.А.Кауанова, К.А.Биржанов, Д.Х.Кармышева, Н.Э.Масанов.

В 1980 г. этот коллективный труд сотрудников отдела этнографии с более уточненным названием “Хозяйство казахов на рубеже XІX – XX веков. Материалы к историко-этнографическому атласуѕ был издан и стал этапным в истории отечественной этнологии. В книге освещены многие вопросы истории животноводства (скотоводства) и земледелия в Казахстане, дана этнографическая характеристика этих форм хозяйствования, связанных с ними поверий, обрядов. Большинство разделов написано на высоком научном уровне (например, замечательный историко-археологический очерк по скотоводству М.К.Кадырбаева и многие др.). Бесспорным достоинством книги является то, что к ней приложен комплект из 8 карт, иллюстрирующих типы скотоводческого хозяйства, размещение сезонных пастбищ, пути кочевок, распространение сельхозкультур, земледельческих орудий и др. Для этого были приглашены московские картографы, имеющие опыт подобной работы; карты были отпечатаны Картпредприятием Министерства сельского хозяйства КазССР.

Таким образом, в русле программы “Историко-этнографического атласа народов Средней Азии и Казахстанаѕ отделом этнографии ИИАЭ были подготовлены и изданы значительные по объему и содержанию книги. По заключению московских ученых казахские этнографы были намного впереди своих коллег из других союзных республик, в том числе и России.

В этот период этнографы Казахстана вполне обоснованно задумали создать обобщающий историко-этнографический труд “Казахиѕ, в котором освещались бы этногенез и этническая история, хозяйство, материальная и духовная культуры народа. К 1980 г. научная база была подготовлена: были изданы монографии, статьи по вышеназванным проблемам, в архиве отдела накопились записи, иллюстрации, фотоснимки, дающие представление о культуре казахов, собраны архивные материалы и литературные публикации. Поэтому на 1980-84 гг. за отделом этнографии была закреплена тема: “Казахи. Историко-этнографическое исследованиеѕ.

Написание разделов было закончено как раз к началу горбачевской перестройки. Духом “перестройкиѕ, вернее боязнью не вписаться в ее рамки, было охвачено и руководство ИИАЭ. Вместо того, чтобы тщательно обсудить рукопись “Казахиѕ в стенах Института, она (для подстраховки) была послана на рецензию в Москву. В Институте этнографии АН СССР рукопись пролежала два года и вернулась с подробной рецензией, где указывались замечания, после исправления которых ее можно было рекомендовать к печати. Но через Ученый совет института в Алматы рукопись не прошла: почти весь огонь критики был направлен на раздел “Этногенезѕ (исполнитель Н. Масанов). Обсуждение вылилось в “спор глухихѕ: оппоненты не слышат доводов автора и наоборот. К сожалению, к этому примешались и личностные отношения. В общем рукопись не прошла. И только почти через 10 лет дирекция дала зеленый свет к изданию “Казаховѕ. Мотивировка директора Института академика М.К.Козыбаева была вполне позитивной: “Пусть будет высказано мнение Н. Масанова по вопросу этногенеза. Ничего нет страшногоѕ.

Но уже готовая к сдаче в издательство рукопись “Казаховѕ вновь подверглась навязанному обсуждению, сомнениям. И возникла дилемма: либо отстаивать полный объем рукописи, вновь отодвинув ее издание на годы или же искать компромисс, в чем-то уступить. Авторский коллектив пошел на второе – убрал из рукописи раздел по этногенезу казахов ; подверглись значительному сокращению ряд других разделов книги. Вот в таком “усеченномѕ виде этот труд был издан в 1995 г., тем не менее являя собой важный итог многолетней деятельности коллектива академического отдела этнографии . Книга остается единственным обобщающим трудом по этнографии казахов и пользуется значительным спросом.

Вместе с тем необходимо отметить, что вопрос издания полновесного фундаментального, по-своему презентационного труда по исторической этнографии казахов остается в значительной степени открытым. Более того, проблема не утратила своей научной актуальности в связи с новейшими этнолого-этнографическими изысканиями, осуществленными за последние 10-15 лет группой исследователей среднего и молодого поколения. Но следует еще раз подчеркнуть, что выход коллективного труда “Казахиѕ являлся серьезным итогом, вехой в развитии отечественной этнографии в послевоенный период, который в историографическом плане наиболее точно можно было бы обозначить как “казахская этнографическая школа 2-й половины ХХ векаѕ. Научная школа, которая формировалась в лоне отечественной фундаментальной науки, на базе небольшого, но знакового подразделения – академического отдела этнографии.

В 80-е годы остро встал вопрос о кадрах, в связи с тем, что отдел этнографии покинули квалифицированные специалисты: перешла в Институт уйгуроведения Р.Д.Ходжаева – классный специалист по одежде, пище и утвари казахов; в 1981 г. ушёл в университет А.Т.Толеубаев, в 1986 г. на должность учёного секретаря Отделения общественных наук – Н.Э.Масанов. уже ко времени своего ухода из отдела этнографии Н. Масанов опубликовал интересные статьи по традиционному хозяйству казахов, этнодемографии, этнической истории, кочевничеству и т.д. Большой интерес вызвало появление его книги “Проблемы социально-экономической истории Казахстана на рубеже XVІІІ – XІX вековѕ (Алматы: Наука, 1984), материал которой в значительной степени увязан с этнографией казахов, в особенности с традиционной системой населения и хозяйством. В 1992 г. исследователь успешно защитил в Москве докторскую диссертацию, по которой затем вышла и обобщающая монография (“Кочевая цивилизация казахов: основы жизнедеятельности номадного обществаѕ. Алматы-Москва, 1995).

Следует отметить, что в 1980-е гг. происходило заметное пополнение этнологии новыми молодыми сотрудниками. Не имея достаточной возможности направлять аспирантов в Институт этнографии АН СССР, где готовили квалифицированных этнографов широкого профиля, дирекция Института по рекомендации заведующего отделом Х.Аргынбаева начала зачислять в отдел специалистов различного профиля: историков (А.Калышев, Е.Оразбеков, А.Токтабаев), искусствоведа (Ш.Тохтабаева), палеоэтнографа (С.Аджигалиева), специалистов по истории рабочего класса (К.Сакенова) и историографии (Н.Алимбаев). Но только двое из них прошли стажировку в Москве – Е.Оразбек и А.Калышев, а первый из них – и аспирантуру и только А.Калышев защитил кандидатскую диссертацию по совершенно новой тематике в отделе этнографии – этносоциологии. Ш.Тохтабаева и С. Аджигалиев защитили кандидатские диссертации в Ленинграде (ЛО ИЭ АН СССР), соответственно в 1984 и 1989 гг. Интересы Ш.Тохтабаевой, главным образом касались ювелирных украшений, искусства казахских зергеров (что и явилось основой её кандидатской диссертации), но также и национальной одежды, пищи. Кроме того, на неё была возложена работа по организации музея этнографии при нашем Институте, хотя эту важную идею не удалось воплотить в жизнь. Главное же внимание С.Ажигали было сосредоточено на мемориально-культовой архитектуре Западного Казахстана, где он осуществил целый ряд экспедиций. Результаты полевых исследований и их анализ содержатся в его книге, вышедшей весной 1994 г., хотя она была наипсана почти на 10 лет раньше. В 1984-1986 гг. отдел этнографии вёл разработку темы “Современная сельская семьяѕ. Для исследования было выбрано четыре объекта: в Алматинской области – колхоз им. А.Нусупбекова Кегенского р-на и Чиликский винзавод; в Талдыкорганской области – колхоз им. Куйбышева и “Енбекшиѕ Кировского р-на. В эти населённые пункты были организованы ежегодные экспедиции (1984-86 гг.) с довольно длительным пребыванием в них большой полевой группы до 15-20 дней за один сезон. Участникам экспедиции необходимо было изучить сельскую семью в свете новой методологии – социально-этнической. Социальное исследование семей состояло в анкетировании супружеских пар, семей по национальному (межнациональному) признаку, по времени создания семьи, её составу, условиям жизни (дом, его обстановка и т.д.), заработку, культурным запросам и т.д. Такое анкетирование было проведено, сделаны статистические расчёты и обобщения, написаны многие главы монографии “Современная сельская семья народов Казахстанаѕ. Но, вместе с тем, в большинстве её разделов содержалась апология уходящего советского образа жизни. Имелись также издержки научно-методического характера: исследование преимущественно было проведено в духе модного тогда, довлевшего в советской этнографии этносоциологического направления, заслонившего собой самоценные изыскания по традиционной этнографии – не менее важной основы глубоких этносоциологических обобщений. Таким образом, монография потеряла пресловутую “актуальностьѕ, по многим параметрам тотчас морально устарела и не была издана. Но нельзя, всё же, утверждать, что работа была проделана впустую: многие весьма значительные части исследования потом были опубликованы некоторыми авторами.

В 1988 г. на Специализированном учёном совете Института этнографии АН СССР защитил докторскую диссертацию М.С. Муканов на тему “Женские художественные промыслы казаховѕ, где в историко-этнографическом плане рассмотрены традиционные домашние производства (изготовление войлока, ткачество, плетение, вышивка), их истоки, технические и технологические сведения о каждом из них, орнамент и т.д. Диссертация являлась итогом исследований многих лет и основана на полевых изысканиях и изучении литературных источников по теме.

В 1989 г., в связи с возрастным цензом оставил заведование отделом профессор Х.Аргынбаев и на его место была избрана кандидат исторических наук Х.А.Кауанова, которая, в основном, занималась современной этнографо-социологической проблематикой: быт рабочего класса, сельская семья.

В 1990 г. в Алматы прошла Всесоюзная научная сессия по итогам полевых этнографических и антропологических исследований 1988-1989 гг., которая явилась крупным мероприятием в научной жизни Института истории, археологии и этнографии тех лет. Вместе с тем это было важное событие для этнографов республики, в определённой степени признание их заслуг в разработке проблем исторической этнографии казахов, этносоциологии, антропологии и др. научных направлениях. На таких форумах, которые проводились раз в два года в различных городах – крупных научных центрах Советского Союза, обычно собирался весь цвет этнографической науки. И конференция в Алматы не стала исключением. Работали многочисленные секции по этногенезу, этническим процессам, материальной и духовной культуре и т.д. Работали даже такие секции, проведение которых было немыслимо несколько лет назад – например, секция “Этнические конфликты и оперативная этнологияѕ. Были изданы тезисы докладов в 3-х частях. Многие казахстанские учёные – сотрудники отдела этнографии, исследователи из вузов и др. – выступили с докладами. Обмен идеями, дискуссии в секциях были полезными и интересными.

Успешно проведя сессию, этнографы отдела приступили к разработке темы, принятой в начале года: “Культура традиционного жизнеобеспечения казахского этносаѕ. Исполнителями её являлись Х.Аргынбаев, С.Аджигалиев, Ш.Тохтабаева, Е.Оразбеков, А.Токтабаев, а также Н.Шаханова (Ленинград). Как известно, к тому времени этнологи ряда стран подошли к изучению культуры этноса в соответствии с общей теорией проблем разработанной Л.Берталанфи. Суть этой концепции состоит в том, что всякое явление связано с другими и для полного представления о нём необходимо комплексное изучение. Однако это вовсе не противоречит принципу научного абстрагирования – изучения какой-нибудь составной части системы. В соответствии с этой теорией тема традиционного жизнеобеспечения казахов была обозначена как комплексная исследовательская проблема, включающая в себя изучение системы поселения, жилища, одежды, пищи и народных знаний. Работа была выполнена в срок и впоследствии опубликована в виде коллективной монографии трёх авторов. В феврале 1993 г., после ухода на пенсию Х.А.Кауановой, и.о. заведующим отделом был назначен доктор исторических наук М.С.Муканов, а в мае того же года он избран Учёным советом института на эту должность. Произошла и смена названия ИИАЭ: после отделения археологов и образования самостоятельного Института археологии, головной институт стал называться Институтом истории и этнологии им. Ч.Ч.Валиханова; соответственно изменилось и название отдела – “отдел этнологииѕ.

В 1994-96 гг. отдел этнологии работал по теме: “Народное творчество (эпос, фольклор, орнамент) – как историко-этнографический источникѕ (исполнители: Х.Аргынбаев, М.С.Муканов, Ш.Тохтабаева, С.Аджигалиев, Н.алимбай, А.Токтабаев, Е.Оразбеков, К.Ергазиева). Выбор темы был не случаен, поскольку до этого учёные этнографы основное внимание уделяли изучению хозяйства и материальной культуры. Духовной культуре, за редким исключением, уделялось, все же, мало внимания. Поэтому коллектив отдела решил обратиться к изучению народного творчества казахов, в котором можно было почерпнуть множество интересных и важных данных, сведений этнолого-этнографического плана: по мифологии, народной истории, культуре и быту, духовной жизни. По теме был опубликован ряд работ немонографического характера; но следует отметить, что проблема изучения духовной жизни казахов остаётся актуальной до сих пор.

В последующие три года сотрудники отдела этнологии (состав которых к этому времени заметно поредел) занимались разработкой проблем казахской родословной истории – шежире, в том числе в связи с вопросами этногенеза. Исследование, в основном, базировалось на собранные в прошлые годы материалы. Вместе с тем, более углубленное изучение феномена шежире показало, что родословная история является лишь частью всей совокупной народной истории казахов, куда следует включать многие виды вербальных и невербальных источников, вышедших “из гущиѕ народа. В их числе такие специфические, но важные, как мемориальная арабографичная эпиграфика на многочисленных надмогильных памятниках и др.

Одним из общих результатов разработки казахстанскими этнографами весьма сложной темы “шежиреѕ, как уже указывалось, явилось издание коллективной монографии трёх авторов: Х.А.Аргынбаева, М.С.Муканова и В.В.Вострова. Оно было посмертным, поскольку в 1998 г. неожиданно, один за другим, скончались профессора Х.Аргынбаев и М.Муканов – одни из последних представителей отечественной этнографической школы послевоенного периода. Несомненно, уход из жизни крупных учёных-исследователей, ещё полных творческих замыслов, явился серьёзной потерей как для отдела этнологии (который в течение целого ряда лет испытывал очень серьёзные кадровые трудности), так и для этнографической науки Казахстана в целом.

Таким образом, в 1990-х годах завершился большой и важный этап в развитии этнолого-этнографической науки в Казахстане, который был связан, прежде всего, с историей отдела этнографии/этнологии ИИЭ им. Ч.Ч.Валиханова. Долгие годы в этой структуре работал большой коллектив самобытных исследователей, создавших основополагающие труды по исторической этнографии и др. научным направлениям. Одним из итогов деятельности этого коллектива учёных был выход в свет 1995 г. обобщающей монографии “Казахиѕ, которая, несмотря на её усечённый вариант – является важной вехой в развитии отечественной этнографии в послевоенный период. Этот период в историографическом плане наиболее точно можно было бы обозначить как “казахская этнографическая школа 2-й половины ХХ векаѕ. Где-то в это же время начинается первый этап в развитии этнологии Казахстана, уже как суверенного государства, и который связан с активизацией деятельности среднего и молодого поколения исследователей, с новыми сложностями, проблемами и достижениями. Значительным событием, вехой в этом отношении следует считать Фронтальное этнокультурное обследование всех 14 областей республики в 1998 г., которое было осуществлено под руководством академического отдела этнологии. После этого наблюдается заметное оживление в сфере полевой этнографической (экспедиционной) работы, в области разработки новых тем, защиты диссертаций и т.д. Но современное состояние этнологии в Казахстане – весьма сложное и противоречивое – это предмет отдельной статьи.

* **

Завершая первый очерк по истории этнографической науки в Казахстане, который предназначен для юбилейного сборника к 60-летию ИИЭ МОН РК, мы имеем возможность только вкратце осветить состояние дел в нашей этнологии за последние 10-15 лет.

Для этнолого-этнографической науки этого периода характерны те же особенности развития, что и для фундаментальной науки постсоветского времени в целом: серьезный кризис и начало возрождения в последние годы. Надо сказать, что к началу 1990-х годов отечественная этнографическая наука пришла с солидными достижениями в области полевых исследований, архивно-библиографических изысканий, издания монографических трудов. Обобщающие труды, подготовленные этнографами, получили высокую оценку в советской этнографической науке, о чём свидетельствует вышеизложенный материал. Вместе с тем в советский период наметились и выраженные упущения в развитии этнографии Казахстана: не уделялось должного внимания теоретическим проблемам казахской этнографии (этнологии), палеоэтнографическим (этноархеологическим), культурно-генетическим исследованиям, изучению некоторых отраслей традиционного хозяйства, духовной культуры, идеологии, народного искусства.

Но в целом успехи и достижения “этнографической школыѕ советского периода явно перевешивали недостатки и упущения. Вполне естественно, что в течение 90-х годов выходили по инерции важные обобщающие труды, подготовленные в прошлом. Это, прежде всего, коллективное исследование “Казахиѕ, изданное в 1995 г., но, к сожалению, сокращенном варианте. В 2000 г. вышла из печати другая коллективная монография, подготовленная в прошлые годы, о казахском шежире “Ќазаќ шежіресі хаќындаѕ. В этих и ряде других исследований, как бы подводятся итоги развития отечественной этнографической науки в послевоенный период – главным образом по части исторической этнографии казахов. Но, вместе с тем, следует отметить, что до сих пор отсутствует полновесный, обобщающий, неусеченный труд по исторической этнографии казахов, который был бы в полной мере адекватен проведенным прежде многолетним и проводимым в последние годы полевым изысканиям и чрезвычайному обилию материалов.

В целом в 90-х гг. ХХ в. в этнографии Казахстана, которая была “переименованаѕ в этнологию, наблюдался серьезный кризис, который проявлялся по многим параметрам: структурно-организационному (прежде всего), научно-издательскому, в сфере полевых исследований (отсутствие экспедиций). Этот, можно сказать тотальный, кризис совпал с периодом смены поколений, когда на первый план вышло среднее поколение исследователей-этнологов. Тем не менее, в это время выходит ряд трудов, характеризующихся новыми подходами в осмыслении традиционной культуры казахов, расширением этнологической тематики: “Реликты доисламских верований в семейной обрядности казаховѕ А.Толеубаева, “Генезис традиционной погребально-культовой архитектуры Западного Казахстанаѕ С.Ажигали, “Кочевая цивилизация казаховѕ Н.Масанова, “Представления, культы, обряды у казахов. (В контексте бытового ислама в Южном Казахстане (в конце ХІХ – ХХ вв.)ѕ Р.Мустафиной, “Традиционная культура жизнеобеспечения казаховѕ Н.Алимбая, М.Муканова, Х.Аргынбаева и некоторые другие.

Необходимо отметить, что все эти труды готовились и издавались на основе полевых изысканий, проведенных в советский и перестроечный период – новейшие полевые материалы фактически отсутствовали. И лишь в 1998 г. наметился выход из кризиса в сфере полевой этнографии, когда было проведено Фронтальное этнокультурное обследование республики. Под руководством академического отдела этнологии были осуществлены экспедиции во все 14 областей Казахстана. На основе этих исследований и обобщения материалов прежних лет был издан солидный коллективный труд “Обычаи и обряды казахов в прошлом и настоящемѕ – явление по-своему этапное в новейшей этнологической историографии.

Если говорить о собственно полевых этнографических изысканиях, то их возрождение происходит лишь в последние годы. С 2001 г. этнологами вновь начали проводиться комплексные экспедиции, а именно – в Западный Казахстан и Монголию. Особо следует отметить полевые изыскания Монгольской комплексной этнографо-этноархеологической экспедиции Института истории и этнологии им. Ч.Ч.Валиханова в плане всестороннего исследования истории, культуры, быта казахов Монголии, современного состояния диаспоры, а также памятников кочевников. Заложена очень серьезная основа для создания обобщающих трудов по исторической этнографии казахов, этносоциологии, памятниковедению.

В последние годы в лоне казахстанской этнологии получило развитие особое научное направление – этноархеология, которое по своим задачам тесно смыкается с прежней палеоэтнографией. Этнологи внесли серьезный вклад в развитие этого важного научного направления у нас, явились инициаторами XІІ Международного научного семинара “Интеграция археологических и этнографических исследованийѕ, который проводился в сентябре 2004 г. на базе ИИЭ МОН РК.

Таким образом, признаки возрождения комплексных этнолого-этнографических исследований в сфере академической науки налицо. Вместе с тем остаются и серьезные нерешенные проблемы. В настоящее время в области этнологической науки Казахстана работают более 50 специалистов высшей квалификации (докторов и кандидатов наук), имеется множество “смежниковѕ: культурологов, фольклористов, искусствоведов и т.д. Это серьёзные силы, которые требуют своей консолидации в форме Ассоциации специалистов. Кроме того, давно назрела необходимость создания в Казахстане крупного Научного центра этнолого-этнографических исследований.

О серьезном и важном научном потенциале в области отечественной этнологии свидетельствует историография последних лет. Это и упоминавшиеся “Обычаи и обряды казахов …ѕ, солидный сборник статей “История и культура Арало-Каспияѕ (из серии “Наследие Туранаѕ), коллективная монография “Алтай ќазаќтарыѕ (авторы О.И. Исмагулов, К. Сихымбаева, А.О. Исмагулова), обобщающие труды С.Е. Ажигали “Архитектура кочевниковѕ, Ш.Ж. Тохтабаевой “Серебряный путь казахских мастеровѕ, монография Р.А. Бекназарова “Ќазаќтыѕ дјстїрлі тас ќашау ґнеріѕ. Совсем недавно, при участии казахских этнологов, была издана солидная книга-альбом “Казахская юртаѕ (Атырау-Лондон, 2005), получившая очень высокую оценку общественности. Все это вселяет надежды на будущее развитие в области отечественной этнологии.

 

 

————————————

1. Захарова И.В. Этнографическая работа в Казахстане в 1920-1950-х годах // Этническая история тюркских народов Сибири и сопредельных территорий: Сб.научных тр. Омск, 1998, с. 17.

2. В основе данного очерка лежит текст, подготовленный покойным профессором М.С.Мукановым в 1994 г., дополненный, отчасти переработанный соавтором.

3. Центральный архив Национальной академии наук Республики Казахстан. Ф.11.Оп.1. Л.1. (в дальнейшем: ЦА НАН РК).

4. Там же. Д.5. Л.3,5.

5. Там же. Д.1. Л.28.

6. Там же. Д.5. Л.41.

7. Там же. Д.5. Л.26.

8. Там же. Д.5. Л.1.; Д.6. Л.3.

9. Там же. Д.10. Л.3.

10. Там же. Д.15. Л.3

11. Там же. Д.10. Лл. 3-10.

12. Там же. Д.15. Л.1.

13. Там же. Д.25. Лл. 1-4.

14. Географические названия в статье даны, преимущественно, в современном написании.

15. ЦА НАН РК. Ф.11.Оп.1. Д.21. Л.7.

16. Захарова И.В. Материальная культура казахов-колхозников Юго-Восточного Казахстана (По материалам Алма-Атинской и Джамбулской областей) // Труды Института истории, археологии и этнографии АН КазССР (далее: Тр. ИИАЭ). Алма-Ата, 1956. Т.3. С.105-189.

17. ЦА НАН РК. Ф.11.Оп.1. Д.56. Лл.1-5.

18. Корбе О.А., Махова Е.И. Декоративное искусство колхозниц Казахстана // Краткие сообщения Института этнографии АН СССР. М., 1950. Вып.11.

19. ЦА НАН РК. Ф.11.Оп.1. Д.72. Л.42.

20. Там же. Д. 72. Л.42; Д.77.Л.1 об., 66 об.-67.

21. Вестник АН КазССР.1952.№ 3.

22. ЦА НАН РК. Ф.11.Оп.1. Д.104. Л.53.

23. Востров В.В., Захарова И.В. Казахское народное жилище. Алма-Ата, 1989.

24. Там же. С.48, 52, 56 и др.

25. ЦА НАН РК. Ф.11.Оп.1. Д.134. Л.1-2.

26. Там же.

27. Востров В.В. Казахи Джаныбекского района Западно-Казахстанской области (Историко-этнографический очерк) // Тр. ИИАЭ. Алма-Ата, 1956. Т.3; Захарова И.В. Материальная культура казахов-колхозников Юго-Восточного Казахстана (По материалам Алматинской и Джамбулской областей) // Там же.

28. Востров В.В. Казахи Джаныбекского района…С.27.

29. Ходжаева Р.Д. Общественное положение и семейный быт уйгурской женщины Казахстана // Тр. ИИАЭ. Алма-Ата, 1956. Т.3.

30. Сабитов Н. Общественная жизнь и семейный быт казахов-колхозников (По материалам Алма-Атинской и Джамбулской областей) // Там же.

31. О Н.Сабитове подр. см. статью С.Ажигали в данном сборнике, а так же: Его же. Памяти востоковеда Нигмета Сабитова (1895 – 1955 гг.) // Вестник МН – АН РК. 1996. №3; Шыєыстанушы, єылым-библиограф Н.Сјбитов (1895 – 1955). Библиографиялыќ кґрсеткіш / Ќўраст. М. Бегманова. Алматы: Орталыќ єылыми кітапхана, 2000 и др.

32. Масанов Э.А. Домашние промыслы и ремесла казахского народа во второй половине XIX – начале XX в. : Историко-этнографический очерк по материалам северных областей Казахстана: Автореф. дисс .канд. ист. наук. М., 1960. См.также: Масанов Э.А. Из истории ремесла казахов (Вторая половина XIX – начало XX в.) // Советская этнография. 1958. № 5; Его же. Казахское войлочное производство во второй половине XIX и начале XX в. // Тр. ИИАЭ. Алма-Ата, 1959. Т.6. и др.

33. Масанов Э.А. Некоторые новые материалы о Ч.Ч.Валиханове // Изв. АН КазССР. Сер.обществ.наук. 1964. Вып.1.

34. Масанов Э.А. Очерк истории этнографического изучения казахского народа в СССР. Алма-Ата, 1966.

35. ЦА НАН РК. Ф.11.Оп.1. Д.134. Л.30.

 

36. Об истории антропологической науки в Казахстане см. статью О. Исмагулова в данном издании.

37. Захарова И.В. Об итогах этнографических экспедиций 1955 и 1956 годов // Тр.ИИАЭ. Алма-Ата, 1959. Т.6.

38. Там же. С.4, рис.1,2.

39. Там же. С.6, рис.5.

40. Аргынбаев Х. Историко-культурные связи русского и казахского народов и их влияние на материальную культуру казахов в середине XIX и начале XX веков. (По материалам Восточного Казахстана) // Тр.ИИАЭ. Алма-Ата, 1959. Т.6. С.19-90.

41. См.статьи в “Трудах ИИАЭ” (1959, Т.6): Муканов М.С. Ковровое производство и его орнаментика; Его же. Резьба по кости у казахов; Масанов Э.А. Казахское войлочное производство во второй половине XIX и начале ХХ веков; Востров В.В. Некоторые изделия казахских мастеров-зергеров; Оразбаева Н.А. Искусство резьбы по кости у казахов; Масанов Э.А. Об этнографическом изучении Казахстана в России до 1845 г.; Семенюк Г.И. Рабство в Казахстане в XV – XIX веках.

42. Архив отдела этнологии Института истории и этнологии НАН (МОН) РК.

43. ЦА НАН РК. Ф.11.Оп.1. Д.201. Л.6-10; Д.212 .Л.10; Д.268. Л.3; Д.307. Л.1-4.

44. Там же. Д.358. Л.3-4. См. также: Маргулан А.Х. Казахская юрта и ее убранство. М.,1964,[VII МКАЭН]; Масанов Э.А. Из истории этнографического изучения казахского народа в России (XV-XVII вв.). М.,1964.[VII МКАЭН].

45. См., напр.: Захарова И.В. Этнографическая работа в Казахстане в 1920 – 1950-х годах // Этническая история тюркских народов Сибири и сопредельных территорий: Сб.научных тр. Омск, 1998.

46. Культура и быт казахского колхозного аула. Алма-Ата, 1967. 304 с. с илл.

47. ЦА НАН РК. Ф.11.Оп.1. Д.449. Л.1-3.

48. Там же. Д.469. Л.1.

49. Там же. Д.449. Л.3; Д.468. Л.4.

50. Арєынбаев Х. Ќазаќтыѕ мал шаруашылыєы жайында этнографиялыќ очерк. Алматы, 1969.

51. Арєынбаев Х. Ќазаќ халќындаєы семья мен неке (тарихи-этнографиялыќ шолу). Алматы, 1973.

52. Муканов М.С. Этнический состав и расселение казахов Среднего жуза. Алма-Ата, 1974.

53. Муканов М.С. Труды Чокана Валиханова в исследованиях А.Х. Маргулана // Чокан Валиханов и современность. Алма-Ата, 1983. С.208.

54. Маргулан А.Х. О характере и исторической обусловленности казахского эпоса // Известия Казахского филиала АН СССР. Сер. ист. Алматы, 1946. № 2. С.75-81; Его же. Ўлытау тґѕірегіндегі тас мїсіндер // Ежелгі мјдениет кујлары. Алматы, 1966. С. 8-52; Его же. Остатки оседлых поселений в Центральном Казахстане // Археологическтие памятники Казахстана. Алма-Ата, 1978. с.3-37; Его же. Ежелгі жыр, аѕыздар. Алматы, 1985. 368 б.; Казахское народное прикладное искусство. В 3-х томах. Алматы: Ґнер, 1986-1994 и др.

55. О Х.А.Аргынбаеве и его роли в развитии этнографической науки в Казахстане подр. см.: Аджигалиев С. Этнограф Халел Аргынбаев // Наука Казахстана. 1994. № 23; См. также статью о нём в данном сборнике.

56. Об идеологической работе КПСС. Сборник документов. М., 1977. С. 577.

57. Арєынбаев Х. Ќазаќ халќыныѕ ќолґнері. Алматы, 1987.

58. Прим. М.С.Муканова: “И здесь как специалист могу сказать, что я не согласен с некоторыми положениями Н.Э.Масанова, но это не значит, что автор должен уступать в том, что считает принципами (основой, первоначалом) своего исследования. Единообразие мнений – это деградация мнений, вернее отсутствие их, перерождение в кому-то нужную идеологическую направленность”.

59. Казахи. Историко-этнографическое исследование. Алматы, 1995. 352 с. с илл. (22,3 п.л.).

60. Типология скотоводческого хозяйства кочевников Евразии // Взаимодействие кочевых культур и древних цивилизаций. Алма-Ата, 1989; К этнической истории уаков // Проблемы изучения и охраны памятников Казахстана. Алма-Ата, 1980; Этногенез казахов: проблема исторической преемственности // Проблемы этногенеза и этнической истории народов Средней Азии и Казахстана. М., 1968; Социальная огранизация кочевого общества казахов // Вестник АН КазССР. 1984. №4. и др.

61. Казахские ювелирные украшения / Сост. Ш.Тохтабаева. Алма-Ата, 1985; Тохтабаева Ш. Казахское ювелирное искусство казахов Западного Казахстана // Советская этнография. 1978. №4; Её же. Семантика казахских женских украшений // Советская этнография. 1992. №1.

62. Аджигалиев С. Генезис традиционной погребально-культовой архитектуры Западного Казахстана (на основе исследования малых форм). Алматы, 1994.

63. См. напр.: Ажигали С.Е. Религиозность и обрядность сельчан Казахстана в ближайшей ретроспективе: Жетысу, середина 80-х // Обычаи и обряды казахов в прошлом и настоящем. Сб. статей. Алматы, 2001. С. 35 – 96 с илл.; Калышев А.Б. Этнокультурные аспекты семейно бытовой жизни сельского населениясемиречья // в кн. “Современные этнокультурные процессы в Семиречье”. Алматы, 1996. С. 3-26; Он же Состав семей и структура внутрисемейных отношений современного сельского населения Семиречья // Вестник КазГУ. Сер. историческая. 1996. Вып. 3. С. 144-155; Он же Родильная и детская обрядность у казахов Семиречья // Вестник Академии Гуманитарных наук РК. 1998. №1. С. 75-79.

64. Всесоюзная научная сессия по итогам полевых этнографических и антропологических исследование 1988 – 1989 гг. Тезисы докладов. В 3-х ч. Алма-Ата, 1990.

65. По данным архива отдела этнологии ИИЭ МОН РК

66. Алимбай Н., Муканов М., Аргынбаев Х. Традиционная культура жизнеобеспечения казахов. Очерки теории и истории. Алматы: Єылым, 1998. 234с. Необходимо отметить, что, почему-то, не все готовые разработки участников данной плановой темы были включены в книгу. В частности, большая статья (глава) по системе традиционного поселения казахов одного из авторов данного очерка, которая позднее была опубликована в одном из сборников в России: Ажигали С.Е. Традиционная система скотоводческого поселения казахов (в историческом развитии) // Этнографо-археологические комплексы: проблемы культуры и социума. Новосибирск, 2002. Т.5. С. 143-190.

67. Ќазаќ шежіресі хаќында. Алматы, 1999.