Warning: call_user_func_array() expects parameter 1 to be a valid callback, class '' not found in /var/www/iie/data/www/iie.kz/wp-includes/class-wp-hook.php on line 308
ЧОКАН ВАЛИХАНОВ – Институт истории и этнологии имени Ч. Ч. Валиханова

Комитет науки Министерства науки и высшего образования Республики Казахстан

Институт истории и этнологии имени Ч. Ч. Валиханова

ЧОКАН ВАЛИХАНОВ


Чокан Чингисович Валиханов (ноябрь 1835–10 апреля 1865) видный ученый-этнограф, географ, путешественник, фольклорист и просветитель-демократ.

Биография

Чокан Чингисович Валиханов родился в ноябре 1835 г. в ауле Кусмурын Аманкарагайского округа (ныне аул Кунтимес, Сарыкольский район, Костанайская область, Казахстан)  в семье старшего султана Чингиса Валиханова (1811–1895). При рождении мальчику было дано мусульманское имя Мухаммед-Ханафия. Позже придуманное его матерью Зейнеп Шормановой ласкательное прозвище Чокан превратилось затем во всеми признанное имя. Его детские годы прошли в живописных местах – Кусмуруне и Сырымбете. Предки Ч.Валиханова принадлежали к старинному султанскому роду из чингизидов – потомков Чингисхана.Его прадед Абылай (1711–1781) являлся ханом Среднего жуза Казахской Орды. Старший сын Абылай хана Вали (17811819) – последний хан Среднего жуза – приходился родным дедом Чокану, от которого он и получил свою фамилию.

Отец Чокана – Чингис родился от младшей жены хана Вали – Айганым, которая после смерти мужа стала главой ханской семьи. Умная, дальновидная и для того времени образованная женщина дала своему сыну прекрасное образование: Чингис закончил в городе Омске училище Сибирского линейного казачьего войска, который давал законченное среднее образование. Чингис был одним из первых казахов, хорошо освоивших. кроме восточной грамотности, и русский язык [1, с. 11].

Чингис Валиханов на должность старшего султана Аман-Карагайского (Кусмурунского) округа избирался шесть раз подряд, находясь  на этой должности в общей сложности двадцать лет. В 1835 г. после упразднения Аманкарагайского окружного приказа Чингис Валиханов перебирается  в родовое имение в Сырымбет, построенное в 1824 г. по указанию Александра I в знак признания заслуг хана Валия, принявшего русское подданство. Там он ожидает новое своё назначение – должности советника областного правления сибирских казахов, в которую  вступает в 1854 году, с местом работы в Омске. Академик Алкей Маргулан отмечает, что хотя родители Чокана оставались в Кусмуруне, Чокан провёл большую часть своего детства в Сырымбете, в Кокчетавском округе, в усадьбе бабушки [2, с. 14]. 

Вот как описывает усадьбу офицер генерального штаба А.К. Гейнс: «Зимовка Чингиса (отца Ч. Валиханова) лежит от настоящего места кочевки в 10 верстах. Две живописные горы, покрытые бором, закрывают его усадьбу; пронесшись по каменистому спуску, мы увидели несколько домиков во вкусе наших помещичьих средней руки, а посредине мечеть. В середине дома, занимаемого Чингисом с женою, убранство подходит к помещичьему» [3].

Айганым, бабушка Чокана, сыграла большую роль в его духовном развитии. Она рассказывала ему старинные казахские легенды, предания, притчи, приводила мудрые изречения. По свидетельству биографов, Чокан в детстве около трёх лет обучался в Кусмуруне, в медресе мусульманской грамоте, где овладел основами арабского письма, изучал восточные языки, знакомился со средневековой литературой. В летнее время возможно эти  занятия продолжались в Сырымбете.   

С самого раннего детства Чокан проявил сильную тягу к знаниям, увлеченно слушал старших, рассказывавших исторические предания. Ему разрешалось присутствовать при беседах степных биев и слушать песни акынов. Одним из детских увлечений Чокана было рисование, зарисовки с натуры. Этому искусству он научился у русских художников-топографов и геодезистов, подолгу проживавших  в Кусмурунской крепости, в семье Валихановых [4, с. 19]. Изначально он использовал тушь и карандаш, но позже стал рисовать и акварелью.

Таким образом, работы Чокана стали первыми изображениями казахской степи, сделанными её коренным жителем. Рисование обостряло его наблюдательность, в то же время оно отвечало его эстетическим потребностям, ибо он уже в раннем возрасте производил первые записи казахского народного эпоса в Кусмуруне, что, вполне возможно, помогли визуализации событий на бумаге.

В дальнейшем он берет в привычку изображать в своих дневниках то, что видел вокруг, и сохранил её на всю жизнь. Среди обширных материалов, собранных Чоканом Валихановым, значительное место занимают его зарисовки карандашом и тушью, где запечатлены флора и фауна мест его пребываний, воспроизведены типы жителей Кыргызского края и Восточного Туркестана и их занятия. В свои альбомы он зарисовывал этнографические предметы и жанровые сюжеты, чертил планы, схемы и маршруты. Они как бы продолжают зарисовки в дневниковых записях, сделаны словно  небрежно, но очень точно. В формировании его мировоззрения большую роль сыграли и ссыльныедекабристы, нередко гостившие в их доме. Они пробудили в любознательном мальчике неподдельный интерес к науке, литературе и искусству, а также западным демократическим ценностям.

В целом фамильная усадьба в Сырымбет была построена русскими строителями, как писал офицер Генштаба, исследователь А. Гейнс, «во вкусе помещиков средней руки», убранство центрального дома также походило к помещичьему – орган, зеркала, канделябры, бра, шёлковые портьеры, «обшитые тонким, но широким аграмантом», китайские вазы, лампа, диван и прочее [5, с. 13]. В Сырымбете семья жила только зимой, летом кочевала на джайляу (летние стоянки), сначала далеко от Сырымбета, в верховьях Ишима, позже недалеко, на урочищах Саумалколь, Куйгенколь, Акжар, вблизи станицы Кокчетав.

Так что детство Чокана протекало  в степи, среди народа, что уже в раннем возрасте  определили основные черты его духовного склада – он рано развился и порою рассуждал, как взрослый. Большое удовольствие доставляла юному Чокану соколиная охота.С ранних лет Шокан проявлял огромную любовь к национальной поэзии, народному фольклору. Уже в детские годы он записал несколько вариантов степных поэм «Қозы Көрпеш – Баян-сұлу», «Ер Көкше» и др. Неслучайно, что к 12 годам Чокан слыл знатоком степных традиций и обычаев. К началу учебы в Омске он уже был вполне подготовленным мальчиком.

Годы наиболее интенсивного духовного становления личности Чокана связаны с Омским кадетским корпусом,считавшийся в то время одним из лучших учебных заведений Западной Сибири, куда в возрасте 12 лет его отправляют на учёбу. С первых лет учебы юного кадета выделяли прилежание в учебе и строгая дисциплина. В годы учебы он подружился с Г.Н. Потаниным, ставшим впоследствии выдающимся русским ученым и общественным деятелем. Чокан с огромным интересом изучал военные и общеобразовательные дисциплины. Здесь же заметно углубил знания в области восточных языков. Многих сверстников он превосходил в учебе. Его друг и сокурсник Г. Потаниннаписал об этом так: «…Чокан быстро развивался и шел далеко  впереди своих товарищей..» [6, с. 91]. 

Чокан с увлечением читал произведения выдающихся русских и зарубежных поэтов и писателей А.С. Пушкина, М.Ю. Лермонтова, Н.В. Гоголя, Ч. Диккенса и др. Здесь сложился круг общения, включавший его наставников и однокашников в лице ориенталиста Н.Ф. Костылецкого, историка П.В. Гонсевского, публициста, исследователя истории народов Сибири и Казахстана Н.М. Ядринцева и других.

В 1853 году, в возрасте 18 лет Чокан окончил кадетский корпус и был выпущен корнетом по армейской кавалерии, затем определён офицером 6-го кавполка Сибирского казачьего войска. Чокан в 6-м кавполке служил формально, фактически он был оставлен при генерал-губернаторе Западной Сибири, а через год назначен адъютантом генерала Густава Гасфорта, управлявшего тогда Западной Сибирью и северо-восточными районами Казахстана. Одновременно по линии Главного управления края на Ч.Валиханова была возложена должность офицера особых поручений. Этот период жизни Чокана полон знакомствам с передовыми людьми России, волею судьбы оказавшихся в Сибири. В том числе Чокан был близко знаком с великим русским писателем Федором Достоевским, отбывавшим каторгу в Омской крепости – первое знакомство молодого султана с писателем произошло в 1854 г. в Омске. 

В то время царская власть планировала мирно присоединить к Российской империи Старший жуз казахов, то есть регион Южного Казахстана и Семиречья, находившийся под сильным политическим влиянием Кокандского ханства. Решением поставленной задачи должна была заняться группа офицеров, в которой руководящую роль играли К. Гутковский, М. Хоментовский, М. Перемышельский и прекрасно знающий язык и культуру местных аборигенов Ч. Валиханов. Таким образом, в 1854–1857 гг. Чокан принимает энергичное участие в решении вопроса о присоединении казахов Старшего жуза и кыргызских племён бугу, сарыбагыш и солту к России. Одновременно он начинает усиленно изучать  духовную культуру этих народов.

В 1855 г. Чокан принимает участие в поездке генерала Г. Гасфорта и совершает большое путешествие по Центральному Казахстану, Семиречью и Тарбагатаю. Оно положило начало глубокому научному изучению Валихановым истории казахского народа и его быта. В том же году он принимает участие в крупной военно-научной экспедиции, организованной под руководством полковника М. Хоментовского. Чокан два месяца находился среди кыргызов, в бассейне озера Иссык-Куль. Там он решил задачу примирения кыргызских родов бугу и сарыбагыш, заодно собирал разные сведения, преимущественно изучая предания и язык кыргызов, принял участие в  съемке Иссык-Куля, в результате которой на новой карте были изменены форма и контуры его берегов, собрал орнитологическую и энтомологическую коллекцию, составил гербарий, изучил флору и фауну Семиречья и Иссык-Куля. По результатам командировки молодой корнет был поощрён наградой, а в 1856  г. ему присуждается следующий чин поручика.

В начале августа 1856 г. Ч. Валиханов направляется в Кульджу. По пути он посетил ряд пограничных пунктов Западного Китая. Чокан был снабжен инструкцией Министерства иностранных дел, в которой говорилось: «…Действовать, во всем совещаясь с консулом в Кульдже». «Главная цель наша добиться решения дела с Китаем дружелюбным путем и скорее восстановить прерванные торговые отношения … В случае требования китайцев – войти в переговоры и насчет наших с Китаем границ». Таким образом, Валиханову предстояло выполнить сложную дипломатическую миссию, связанную с решением спорных пограничных вопросов и установлением нормальных торговых отношений с Китаем. Это важное поручение было им выполнено превосходно. После ряда совещаний с китайскими сановниками в Кульдже удалось наладить торговые отношения и восстановить дружеские связи между обоими государствами. По свидетельству А.К. Гейнса, поездка Валиханова в Кульджу заложила основу «Тарбагатайского договора и открытия консульства в Кульдже и Чугучаке». Ч. Валиханов пробыл в Кульджинском крае около трех месяцев, затем, с наступлением глубокой осени он вернулся в Омск [7]. 

В 1857 г. Ч. Валиханов вновь совершил поездку к алатауским кыргызам, на этот раз для наблюдения за ходом дел в частях Западного Китая, прилежащих к южной границе российских владений, в связи с волнениями в Кашгаре. Эта поездка являлась для казахского учёного по существу пробным шагом перед его знаменитой экспедицией в Кашгар. В ходе миссии молодой исследователь впервые обратил внимание на знаменитый кыргызский эпос «Манас». Результатами трёх путешествий Чокана стали талантливо написанные им путевые очерки «Дневник поездки на Иссык-Куль», «Западная провинция Китайской империи и г. Кульджа» и «Записки о киргизах».

Зиму 1856 г. Чокан проводит исключительно в областном архиве Западной Сибири, где глубоко изучает все восточные источники, касающиеся кыргызов. 27 февраля 1857 г. Ч. Валиханов по рекомендации П. Семенова-Тян-Шанского избирается в состав действительных членов Русского географического общества, что означало признание заслуг молодого казахского учёного.

В 1858–1859 гг. он совершает свою знаменитую поездку в Кашгарию, создавшую ему славу отважного путешественника. После Марко Поло и иезуита Гоеса он первый проник в Кашгарию. Изучив географию, историю, политическое устройство, особенности  культуры и быта этой почти неизвестной тогда в Европе страны, Ч. Валиханов внёс существенный вклад в научное исследование Восточного Туркестана. Поездка эта была очень опасна, – из-за непрекращающейся национально-освободительной войны автохтонных народов этого края против китайской власти в течение ряда лет здесь не было устойчивой власти, и в стране царил беспорядок, сдобренный подозрительными отношениями местных властей ко всему иностранному.

Путешествие в Кашгар имело не только научное значение. Чокан также должен был собрать драгоценные для России сведения о современном состоянии Восточного Туркестана и разъяснить причины происходивших в то время в крае смут. В дальнейшем на основе полученных экспедицией материалов предполагалось выработать общий политический курс в отношении стран Средней Азии. В геополитическом плане рассматривалась возможность ограничения политико-экономического влияния Великобритании, имеющей владения в Индии и усиливающей своё присутствие в регионе. Поэтому экспедиция была спланирована двумя главными ведомствами империи – МИД в лице его Азиатского департамента и Генеральным штабом вооружённых сил России, что даёт основание считать, что главной целью снаряжённого ими экспедиционного каравана была сбор материалов разведывательного характера.

Чокан провёл в Кашгаре около полугода (с 1 октября 1858г. до середины марта 1859 г.). За это время он успел близко ознакомиться с городом и хорошо изучить страну Шести городов (Алтышар, куда входили города Кашгар, Аксу, Уч-Турфан, Янысар, Яркенд и Хотан). Кроме Кашгара Чокан сумел побывать в Яркенде, но не смог доехать до Хотана в связи с обострившейся политической обстановкой. Валиханов впервые выяснил обстоятельства смерти немецкого географа и сотрудника английской компании «Ост-Индия» Адольфа Шлагинтвейта, ученика Александра Гумбольдта, проникшего в Кашгарию годом раньше и обезглавленного местной властью.

О ситуации, царившей в Кашгаре в период пребывания там Ч.Валиханова, можно узнать из «Отчета о путешествии в Кашгар поручика Валиханова», где говорится: «…Поручик Валиханов прожил в Кашгаре 5 месяцев, посетил  окрестные города, успел многое изучить и заметить. Во всех шести городах Восточного Туркестана только 15 000 китайского войска. Туземцы военной службы не несут. Солдаты вооружены луками и стрелами, и только небольшая часть ружьями; Артиллерий почти нет вовсе. Люди эти курят опиум и отличаются слабостью и неспособностью к серьезному сопротивлению. При восстаниях китайцы тотчас запираются в своих глиняных крепостях и не выходят из них, пока не подоспеет откуда нибудь выручка. Караваны то и дело подвергаются нападениям, и китайские войска в ответ на просьбу о пособии говорят: «Драться нехорошо!» и не двигаются с места.Жизненных припасов для войска везде мало.

Ненависть туземцев к китайцам непримирима и не мудрено: китайские чиновники грабят и оскорбляют народ, забирают даром товары; Всякий китаец почитает себя вправе бить кашгарца, который при встрече с ним на улице не сойдет с лошади. Вообще, состояние Восточного Туркестана самое плачевное и, вдобавок, безвыходные благодаря вражде разных партии, не позволяющей народу соединиться для сверженияс себя ненавистного ига» [8].

В ходе поездки в Кашгар Чокан приобрел ряд уникальных восточных рукописей, составил нумизматическую коллекцию, гербарий, коллекцию горных пород, собрал разные реликвии: древние грамоты, образцы прикладного и народного декоративного искусства, художественной керамики и т.д. 11 марта 1859 г. он отправился в обратный путь, а 12 апреля того же года прибыл в укрепление Верное (ныне г. Алматы). Поездка в Кашгар в общей сложности заняла десять месяцев и четырнадцать дней. Отдохнув здесь около полутора месяцев, он вернулся в Омск, где занялся обработкой собранных материалов.

В Петербурге его ждали с нетерпением, пока Чокан не закончил свой отчет, занимавший довольно много времени, потому что пришлось всё описать по памяти. Приехал Чокан в столицу империи в конце 1859 г., где он был оставлен для научных занятий. Он был причислен к Азиатскому департаменту МИД. Таким образом, его перевели из военного ведомства в систему внешнеполитического ведомства, но с оставлением по армейской кавалерии. Об этом говорится в приказе, подписанном императором Александром ІІ. По высочайшему повелению также заслуги учёного-путешественника были отмечены переводом его в чин штабс-ротмистра, пожалованием ордена и денежной наградой. 

Свидетельством того, что Чокан знал и европейские языки, служит сообщение П. Семенова-Тян-Шанского о том, что Чокан  будучи в Петербурге, под его влиянием слушал лекции в Университете и хорошо освоился с французским и немецким языками [9].

Петербургский период являет собой яркую страницу в биографии Валиханова. Это было время, наполненное интересными событиями, любимой работой, дружеским общением. К тому же находясь в окружении передовой русской интеллигенции, внимательно следившей за успехами молодого учёного-путешественника, Чокан в эти годы с особой силой мог проявить свой незаурядный талант и знания: он работал в нескольких учреждениях – в Военно-учёном комитете Генштаба, Азиатском департаменте, Географическом обществе и одновременно слушал лекции в университете. Работал в высшей школе для учёных занятий при Азиатском департаменте, где преподавал тюркские языки для лиц, едущих в Среднюю Азию. По поручению Военно-учёного комитета составлял карты Средней Азии и Восточного Туркестана. Под его редакцией были подготовлены: «Карта пространства между озером Балхашом и хребтом Алатау», «Рекогносцировка западной части Заилийского края», «План города Кульджи», «Карта Западного края Китайской империи» и др. Им кропотливо изучались старинные карты на разных языках. Всё это даёт основание считать Ч.Валиханова первым казахским топографом и картографом.

Промозглый климат столицы пагубно сказался на слабых лёгких и подорванном в путешествиях здоровье Чокана Валиханова и он по совету врачей вынужден был уехать на родину. Известный российский писатель, журналист М.Н. Ивлев следующим образом описывает внезапный отъезд Чокана Чингисовича из Петербурга на родину: «В конце мая 1861 года из Петербурга, имперской столицы России, отправлялся в Среднюю Азию экипаж. В нём находился тяжелобольной молодой человек азиатской внешности в мундире российского офицера. Это был сын старшего султана Кушмурунского округа и один из дальних потомков «потрясателя вселенной» – грозного Чингиз-хана – штабс-ротмистр Русской армии Чокан Валиханов. К своим двадцати пяти годам он был уже известнейшим в России учёным и путешественником, первым совершившим опасное и полное приключений путешествие, открывшее миру неведомую дотоле Кашгарию и благополучно возвратившимся. В столице он оставлял интересную работу по составлению карт Азии в Главном штабе, оставлял друзей и знакомых, среди которых были писатели, поэты и учёные – Ф.М.Достоевский, А.Н.Майков, А.Н.Плещеев, П.П.Семёнов-Тян-Шанский, А.Н.Бекетов, Е.П.Ковалевский и другие» [10]. 

Немного подлечившись в отчем доме и желая принести пользу своему народу и защитить его от произвола российских чиновников и местной знати, в 1862 г. Валиханов выставляет свою кандидатуру на должность выборного старшего султана Атбасарского округа, но потерпел поражение. Омские чиновники не утвердили победившего на выборах  султана. О своей неудачной попытке  участвовать на выборах в старшие султаны, он излагает в письме Ф.М. Достоевскому, датированной 15 октября 1862 г: «Любезный друг, Федор Михайлович.…Я думал как-то сделаться султаном, чтобы посвятить себя пользу соотечественников, защищать их от чиновников и деспотизма богатых кыргызов. При этом я думал более всего о том, чтобы примером своим показать землякам, как может быть для них полезен образованный султан-правитель…С этой целью я согласился быть выбранным в старшие султаны Атбасарского округа, но выбор не обошелся без разных чиновничьих штук. Господа эти, как областные, так и приказные, поголовно восстали против этого. Ты понимаешь почему. Областные лишились бы несколько тысяч, которые они стягивали со старшего султана, а приказным, действительно если бы я был султаном, пришлось бы идти по миру…Надо заметить, впрочем, что на моей стороне из всех властей русских был один только г. Гутковский, который в это время исправлял должность губернатора и производил выборы. Чиновничество начинает подстрекать самолюбие богатых и честолюбивых ордынцев и пугать их, что если Валиханов будет султаном, то всем будет худо, он, мол, держится понятий о равенстве…; пустили в ход и то, что я не верю в бога и с Магометом состою в личной вражде. Понятно, что подобные вещи, действуя на народ полудикий и преданный своим обычаям, не могли не остаться без последствий, особенно когда исходили от русских майоров (так киргизы называют всех русских чиновников).

Таким образом, составляются две партии: одна, состоящая из четырых волостей баганалинцев, поколения дикого и кочующего около кокандских границ. Эта дикая толпа не хочет иметь султаном человека, который имеет голову, не гладко выбритую, и притом не совершающего омовения пять раз в день; при этом баганалинцывыражают опасение, что если меня сделают султаном, то я всех киргизов отдам в солдаты, а детей в их школу. Так им внушено.Другая партия, преданная мне, состоит из трех волостей староподданнических и из всех султанов этого округа. Начинаются выборы, перед тем ночью противная партия посещает секретаря губернаторского, баварского немцаНа выборах я торжествую. Меня выбирают большинством голосов. У меня 25, а у моего противника баганалинца 14.

По закону старшего султана избирают: во-первых, султаны и киргизы, имеющие чины или служившие в должностях по округу 9 лет; во-вторых, султан  утверждается по большинству голосов; и, в-третьих, старший султан избирается по преимуществу из султанов. Противник мой – простой киргиз, это бы решительно ничего, но он человек неграмотный и бывший не раз под судом…Губернатор говорит, что «надейтесь господин Валиханов», я же думаю; еще бы не надеяться, когда закон на моей стороне. Но противник мой не унывает, но по опыту знает, что деньгами можно сделать все, в прошедшую зиму он возил в Омск 3 тысячи рублей и освободил двух арестантов. В этом помогал ему секретарь, а секретарь говорит ему и теперь: собирай деньги и посылай людей в Омск – будешь ханом. Деньги идут в Омск. Я хотя много читал обличительных статей, но на этот раз думал – постыдятся подлецы, ведь я не просто кто-нибудь. Гордость обуяла. Вдруг получаю известие от Гутковского, что поездка баганалинцевосталась не без успеха и что генерал-губернатор не хочет тебя ни за что утверждать… Валиханов» [11]. 

В 1863 г. Ч.Ч. Валиханов задумал создать капитальное историко-этнографическое исследование «О Киргизской степи и киргизах» и разработал подробный план монографии. Он хотел  дать русской и мировой науке объективный труд, раскрывающий духовные богатства казахского народа, имеющего свою устную литературу, и опревергающий господствовавшее в Европе ложное представление о кочевых народах как «свирепых ордах и беспорядочных дикарях». Но, наблюдая произвол и засилье феодально-байской верхушки казахского общества, тяжелое положение трудящихся масс, ученый не мог работать спокойно и плодотворно.

В 1862–1864 гг. он принимал активное участие в жизни казахского общества, вел деятельную борьбу против казахской аристократии и реакционного чиновничества, отстаивал интересы бедноты, составлял проекты развития просвещения, административной и судебной реформы, которые, по его мнению, должны были обуздать феодалов и улучшить положение трудящихся масс. Столь напряженную работу он вел, несмотря на туберкулез, подтачивающий его организм.

Вскоре Ч. Валиханов уезжает в Омск, где принимает участие в работе юридической комиссии областного правления и занимался вопросами казахской судебной реформы. Весной 1864 г. Чокан был приглашен в военную экспедицию генерала Черняева, в задачу которой входило присоединение Южного Казахстана к России. Валиханов был специально командирован, чтобы обеспечить переговоры с местным населением. Однако, по изложению советских историков, генерал Черняев допустил ряд жестоких действий, приведших в негодование группу передовых офицеров, в том числе Чокана, после взятия крепости Аулие-Ата (ныне г. Тараз). В июле 1864 г. Чокан с той группой возвращается в г. Верный. Академик А. Маргулан связывает сей поступок офицеров с тенденцией среди сибиряков,  увлекшихся идеей «сибирского автономизма».

В Омске в это время началось пресечение сепаратистского брожения, поэтому в силу создавшейся обстановки Чокан решил не возвращаться в Омск. Некоторые чокановеды утверждают, что он был в Верном в связи со специальным заданием по оперативному отслеживанию волнений на приграничных с Россией районах Синьцзяна. Как бы то ни было он выезжает из Верного в аул Тезека – старшего султана казахов рода албан, где женится на его сестре Айсары. Архивные документы, в том числе оживлённая переписка между Чоканом и начальником Алатавского округа и казахов Старшего жуза генералом Г. Колпаковским, где речь идёт о ходе восстания дунган в Западном Китае, о брожении среди местного населения Восточного Туркестана, в том числе о настроениях среди казахов Семиречья дают понять, что Чокан, находясь в приграничном с Китаем Алтын-Емеле, выполнял специальные задания царской администрации, создаёт здесь довольно разветвленную агентурную сеть, которую сам как-то назвал «агентством», то есть приграничное место, где он проживал, стало связующим звеном между Россией и Синьцзяном. Последние изыскания показывают, что он мог уехать из Зачуйского отряда в связи с разразившемся в те дни восстанием дунган в Урумчи. Во всяком случае, за несколько месяцев до своей смерти он числился на службе по Генштабу и по Азиатскому департаменту. Также есть сведение, что Чокан Черняевым был представлен к чину ротмистра за отличие в делах с кокандцами.

Штабс-ротмистр Русской армии и казахский султан Чокан Чингизович Валиханов скончался в ауле Тезека у перевала Алтын-Эмель, нынешней Алматинской области 10 апреля 1865 года, не дожив и до тридцати лет. По официальной версии, восстановить свое подорванное здоровье он не смог, чему может служить доказательством его последнее письмо из аула Тезека к отцу, где он пишет: «…Устал, нет никакой силы, весь высох, остались одни кости, скоро не увижу света. Мне больше не суждено повидаться с моими дорогими родными и друзьями, нет для этого никаких средств. Это будет мое последнее письмо. Прощайте, обнимаю всех».

Оценивая деятельность Чокана Валиханова от имени Русского географического общества и от ученых России, крупный ученый-востоковед И. И. Веселовский писал о нём: «Как блестящий метеор, промелькнул над нивой востоковедения потомок киргизских ханов и в то же время офицер русской армии ЧоканЧингисович Валиханов. Русские ориенталисты единогласно признали в его лице феноменальное явление и ожидали от него великих и важных откровений о судьбе тюркских народов, но преждевременная кончина Чокана лишила нас этих надежд. За неполных тридцать лет он сделал то, что другие не смогли сделать за всю свою жизнь» [12].

Его друг, великий русский писатель и мыслитель Ф. Достоевский так отзывался о нём: «Его имя не исчезнет в истории киргис-кайсаков и кара-киргисцев, его имя будет в памяти двух народов». Руский публицист, писатель и общественный деятель, исследователь Сибири и Центральной Азии Н.М. Ядринцев, с которым Чокан был дружен, также отозвался на смерть Ч.Ч. Валиханова: «Прошлой осенью в Заилийском крае умер киргизский султан ЧоканЧингизович Валиханов, известный своим смелым путешествием в Кашгар, город западного Китая… Мы ничем не находим более приличным почтить память Чокана Валиханова, как пожелать киргизам не так долго ждать второго Валиханова, как пришлось бурятам дожидаться второго Дорджи Банзарова. Конечно, нет лучших проводников европейской цивилизации и гуманности в среду инородцев, как сами инородцы. Поэтому мы готовы всегда симпатизировать появлению образованных инородцев, а смерть их считаем вопиющей несправедливостью судьбы» [13].

Рассматривая рисунки, зарисовки Чокана, становится понятным, каким он был талантливым художником, когда надо умеючи передавать на лист маршруты своих экспедиций твердой рукой военного топографа: величайшая ценность его топографических работ состоит в том, что на их основе затем были составлены точные карты Центральной Азии, а не предположительные, какими до Валиханова довольствовалась наука. По мнению географов, интерес вызывает карта Центральной Азии, сделанная Чоканом на страницах одного из его дневников. Это была первая достоверная карта Кашгарии и граничащих с ней районов. Второе свойство, присущее ученому-путешественнику, это знание языков. Чокан был первым полиглотом-казахом, овладевшим кроме восточных языков также несколькими европейскими языками. В то время султанские дети, по традиции, должны были изучать несколько восточных языков или как говорилось, «жеті жұрттың тілін білу» – знать языки семи народов. Как видно из архивных материалов, он всё время занимался восточными языками, хорошо усвоил арабскую грамоту, фарси и среднеазиатский койнэ – чагатайское наречие.

Есть мнение, что Чокан во время своего пребывания еще в Кульдже начал изучать уйгурский, позже в Кашгаре в совершенстве овладеет этим языком [14]. Как видно, Чокан уже с первых шагов в науке отталкивался от изучения полноценной истории казахов и желания указать на ошибки и недочёты в мировой ориенталистике, что предполагало всестороннее изучение других родственных народов Средней Азии и Восточного Туркестана, куда забрасывала его судьба. Всё это, в конечном счёте должны были вылиться в капитальное историко-этнографическое исследование «О Киргизской степи и киргизах», план этой монографии он разработал подробно. Тем самым Чокан хотел дать русской и мировой науке объективный труд, раскрывающий духовные богатства казахского народа, имеющего свою устную литературу, и опровергающий господствовавшее в  Европе ложное представление о кочевых народах как «свирепых ордах и беспорядочных дикарях» [15]. В то же время наблюдая быт своего народа и среднеазиатских народов, он искал причины их отсталости и путь к подъему их социально-экономической жизни. Видимо, всё это дало основание американскому профессору Э. Олуорду считать Ч. Валиханова пионером в сборе материалов в Казахской степи.

Особенно значительны заслуги Ч. Валиханова в изучении истории Старшего жуза. Как известно, до середины XIХ в. в науке господствовало ошибочное мнение, высказанное еще путешественниками XVIII в., что Старший жуз и киргизы составляют один особый народ, отличный от казахов. В 1855–1859 гг. Чокан в результате тщательных полевых исследований собрав значительные материалы показал ошибочность этого мнения. В «Очерках Джунгарии» он сделал следующий исключительно важный научный вывод: «Оканчивая свои этнографические заметки о бурутах и уйсунах [киргизах и казахах Старшего жуза], я считаю нужным заметить, что не должно смешивать эти два совершенно различных народа… Даже Гумбольдт и Рихтер … думали, что буруты именно составляют Большую кайсацкую орду и что эту-то орду нужно отличать от Малой и Средней. Но это было большой ошибкой со стороны почтенных корифеев науки. Большая, Средняя и Малая киргиз-кайсацкие орды составляют один народ «казак», отличный от киргизов, называемых китайцами – бурутами, русскими – дикокаменными или черными. Эти два народа отличаются по языку, по происхождению, по обычаям…» [16]. Таким образом, Чокан впервые в науке применил историческое название казахского народа, преданного в забвение ориенталистикой вплоть до 1925 года. 

Исследователи-чокановеды современности, как член-корреспондент НАН РК, доктор исторических наук, профессор М.Абусеитова и доктор исторических наук Жарас Ермекбай в статье «Ч. Валиханов: исследования и домыслы» отмечают, что  «…Короткая жизнь Чокана Валиханова оставила многие «белые пятна» в его биографии, которые стали объектом дискуссионных споров в книгах, статьях, газетах и журналах. До сих пор биографы и библиографы спорят о дате и месте рождения, поездки в Париж, размолвки с полковником Черняевым и его отъезд в аул султана Тезека, причины скоропостижной смерти. Некоторые стороны жизни Ч.Ч. Валиханова обрели ореол загадки и превратились в мифы. Так, по поводу даты и места рождения Чокана Валиханова, есть другое мнение у П.П. СеменоваТян-Шанского, Г.Н. Потанина, Х. Айдаровой и др., считающие годом рождения Чокана 1837 год, который не совпадает с официально озвученной 1835 годом. По вопросу места рождения Чокана Валиханова до сих пор не утихают споры среди краеведов и любителей истории. В основном они возникают на страницах областных и республиканских газет в связи с юбилейными датами ученого» [17].

После смерти Чокана в Алтын-Эмеле силами его родственников на его могиле была построена сводчатая  гробница из жженого кирпича. Позже, в 1881 г., на этом мазаре по поручению генерал-губернатора Туркестанского края К. Кауфмана, по проекту архитектора П. Зенкова была установлена мраморная плита с надписью, которая гласила: «Здесь покоится прах штаб-ротмистра ЧоканаЧингисовича Валиханова, скончавшегося в 1865 году. По желанию туркестанского генерал – губернатора Кауфмана 1-го, во внимание ученых заслуг Валиханова, положен сей памятникгенерал-лейтенантомКолпаковскимв1881году». В 1989 г. мраморную плиту заменили  на ее копию, а оригинал можно увидеть в экспозиции  Музея-мемориального комплекса «Алтын-Эмель».

Со временем мазар разрушился, его вновь обнаружат в 1945 году. В 1958 году над могилой из оранжевого гранита был построен пятиметровый обелиск. Об этом в своих мемуарах Динмухамед Конаев пишет: «Из Панфилова (название г. Жаркента в 1942–1991 гг.) мы отправились на кладбище Шокана Валиханова. Просмотрев его, мы решили установить памятник на могиле Шокана в ущелье Алтын-Эмель. В скором времени проект был готов. На строительство памятника было выделено 240 рублей. Памятник был установлен в 1958 году» [18]. Обелиск увенчан полушарием глобуса, символизирующим путешествия. На лицевой стороне – бронзовый горольеф Валиханова. У подножия – мраморная плита с памятной эпитафией. Обелиск – популярное место посещения для населения и многочисленных туристов.

Заслуги

Чокан Валиханов оставил после себя обширное научное и литературное наследие. За свою короткую, но яркую жизнь он успел написать ряд работ, посвящённых истории, географии и этнографии народов Средней Азии и Казахстана, а также довольно значительное количество произведений на общественно-политические темы. Это был вполне сформировавшийся крупный учёный с энциклопедическим складом ума, сумевший поставить по-новому ряд вопросов в современной ему науке. В 1854 году он изучил в Центральном Казахстане ряд архитектурных памятников, а в Семиречье произвёл запись легенд и преданий казахов Старшего жуза. Во второй своей экспедиции изучает древние городища Семиреченского края, собирает коллекции древних монет, делает зарисовки с натуры, наскальных рисунков, каменных изваяний, в том числе мавзолея Баян Сулу и Козы Корпеша на р. Аягуз.

Все эти изыскания вылились в такие замечательные исследования по истории и этнографии казахского народа, а также статьи, касающиеся социально-политических отношений в казахской степи как «Аблай», «Вооружение киргиз в древние времена и их военные доспехи», «Шуна-батыр», «О кочевках киргиз», «Следы шаманства у киргизов», «О мусульманстве в степи», «Записка о судебной реформе» и другие.

Чокан живо интересовался традициями, литературой, историей народов Востока. В своих научных поездках, экспедициях он записывает народные песни и эпосы внутри страны, собирает легенды и рассказы. Важным результатом его поездки стало открытие учёному миру и широкой общественности величайшего памятника кыргызского устного творчества, насчитывающего полмиллиона строк, – эпоса «Манас». Он явился первым исследователем, который записал, а впоследствии перевёл на русский язык отдельные главы эпоса. Материалы, собранные в  поездках, экспедициях, он использует для написания трудов «Записи о киргизах», «О видах казахской народной поэзии», «Дневник Иссык-Кульской поездки», «Западный край Китайской империи и город Кульджа», «Очерки Джангарии», вошедшие в золотой фонд отечественнего востоковедения.

Тайный визит Чокана в Кашгарию, в то время еще закрытой для европейцев страны, где он изучает экономическую, политическую структуру края, собирает множество материалов по его истории и этнографии, позволили поднять достижения российской науки и просвещения на новые вершины. По итогам этой экспедиции он пишет отчет «О состоянии Алтышара, или шести восточных городов Китайской провинции Нан Лу (Малой Бухарии)». Дневники путешествия, труды Чокана, посвященные Восточному Туркестану, были высоко оценены как в официальных кругах, так и научной общественностью России и Европы, а затем переведены на иностранные языки и изданы в ряде европейских стран. Работы Ч.Ч. Валиханова вызвали интерес западноевропейских ученых, особенно английских, немецких, французских востоковедов, географов и историков новейшего времени. Исследования Валиханова печатались в трудах Русского Географического общества, также выходили в Берлине (1862), в Лондоне (1865) и вошли в 6-й и 7-й тома (1878–1879) 19-томной французской Всеобщей географии  Элизе Реклю.

Память

В честь Валиханова названы улицы многих казахстанских городов, населенных пунктов. Ему сооружены памятники в Алматы, Кокшетау, Семее, Павлодаре, Омске (РФ), его имя носят Институт истории и этнологии МОН РК, государственный университет в  Кокшетау, кадетский корпус Министерства обороны РК, расположенный в г. Щучинске. В Кокшетауском государственном университете им. Ч. Валиханова ежегодно проводятся «Чокановские чтения».

В селе Сырымбет Айыртауского района Северо-Казахстанской области открыт музей и реконструирована усадьба Валихановых «Сырымбет». 20 сентября 1985 г. к 150-летию Ч. Валиханова в селе Шокан Кербулакского района Алматинской области создан музей-мемориальный комплекс «Алтын-Эмель». Рядом с музеем, на холме, возвышается памятник Ч. Валиханову работы российских художников: Иулиана Рукавишникова (скульптор) и Николая Миловидова (архитектор). В 50-70-х. и в середине 80-х гг. ХХ столетия, под научным руководством акад. А. Маргулана было осуществлено издание собраний сочинений Ч. Валиханова.

Учреждены премия НАН РК имени Ч.Валиханова, присуждаемая за выдающиеся достижения в области общественных и географических наук, а также государственная премия в области изобразительного искусства и архитектуры. В его честь названа вершина на северном склоне Заилийского Алатау. Свой научный вклад в дело изучения наследия Ч.Ч. Валиханова внесли известные ученые Казахстана: историки, востоковеды, этнографы, литераторы, журналисты и т.д.  О первом казахском ученом известный писатель С. Муканов написал художественную трилогию «Аққан жұлдыз» («Промелькнувший метеор»), С. Марков – роман «Идущие к вершине», публицист Ирина Стрелкова – документальную книгу «Чокан Валиханов» (серия ЖЗЛ), писатель-эссеист Жарылкап Бейсенбайулы в начале 70-х годов ХХ века пешком прошел по кыргызскому маршруту Чокана и написал книгу «Шоқан ізімен» («По следам Чокана»), а в 2014 году организованная Казахским географическим обществом в канун 150-летия поездки Чокана в Кашгар экспедиция прошла по его кашгарскому маршруту, итоги которой отражены в книгах участника экспедиции Исмаилжана Иминова «По караванному пути великого Чокана» и «Путешествие по Алтышару». 

Валиханову  посвящены художественные и документальные фильмы: «Его время придёт» («Казахфильм», 1957 год, режиссёр М. Бегалин, в главной роли Нурмухан Жантурин), многосерийный художественный телефильм «Чокан Валиханов» (к 150-летию со дня рождения, «Казахфильм», 1985 год, режиссёр А.Ашимов, в главной роли Саги Ашимов); документальный фильм «Человек в мундире» (2006 год, режиссёр И.Гонопольский).

В 1985 году 150-летие со дня рождения Валиханова было отмечено на уровне ЮНЕСКО.

Список литературы и источников:

1. Валиханов Ч.Ч. Собр.соч. в пяти томах. Т. І. – Алма-Ата: КСЭ, 1984. – С. 11.

2. Там же. – С. 14

3. Гейнс А.К. Путешествие по киргизским степям // Чокан Валиханов в воспоминаниях современников. – Алма-Ата, 1964. – С. 136.

4. Валиханов Ч.Ч. Собр. соч. в пяти томах. Т. І. – Алма-Ата: КСЭ, 1984. – С. 19.

5. Там же. – С. 13.

6. Валиханов Ч.Ч. Собр. соч. в пяти томах. Т. І. – Алма-Ата: КСЭ, 1984,. – С.91.

7. Ч.Ч. Валиханов. URL:  https://infosphere.top/вики/Ч.Валиханов/.

8. Выписка из отчета о путешествии в Кашгар поручика Ч. Валиханова. – Собр. соч. в 5 томах. – Т.3. Алма-Ата: КСЭ, – 1985, С. 219–222.

9. Валиханов Ч.Ч. Собр.соч. в пяти томах. – Т. 5. – Алма-Ата: КСЭ, 1985. – С. 241–242.

10. Ивлев М.Н. Путешествия степного царевича // ЦентрАзия. URL: https://centrasia.org/newsA.php?s t=1292241120.

11. Письма Ч. Валиханова. – Соб.соч. в пяти томах. – Т. 5. – Алма-Ата: КСЭ, 1985. –С. 151–152.

12. Валиханов Ч.Ч. Собр.соч. в пяти томах. – Т. І. – Алма-Ата: КСЭ, 1984. – С. 79.

13. Валиханов Ч.Ч. Соб. соч.в пяти томах. – Т. 5. – Алма-Ата, 1985. – С. 276–279.

14. Иминов И.Ч. Валиханов: миссия в Кашгаре: 155 лет знаменитой научной экспедиции // Мәдени мұра. – 2019. – № 4. – С. 186–189.

15. Масанов Э. Выдающийся ученый казахского народа Ч.Валиханов // Вопросы общей этнографии и антропологии. – 1965. – С. 62.

16. Там же. – С.64.

17. Ермекбай Ж.А., Абусеитова М.К. Чокан Валиханов: исследования и домыслы // Сб. докладов международной научно-практической конференции «История Казахстана: инновационные концепции  и периодизация как приоритет научного познания». 2 кн. – Алматы: Елтаным баспасы, 2013.  С. 22–30. 

18. Азаров А. Мемориал Шокана Уалиханова. 23.04.2016.  URL: www.azattyq.org/a/memorial-chokana-valikhanova/27691206.html; Д. Қонаевтың «Өтті дәурен осылай» естелік-эссесі / Ауд. ред. Серiк Әбдiрайымұлы. – Алматы: Дәуiр, Ынтымақ, 1992. – 445 c.

Автор: Айтмухамбетова Б.А., директор Мемориального

музея академика К.И. Сатпаева